Игорь Дроздов: «Образование пытливого студента нельзя ограничивать только лекциями»

Source: Saint Petersburg State University in Russian

Фото: сайт фонда «Сколково»Вы помните момент, когда вы начали преподавать?
Для меня Университет всегда был местом сосредоточения жизненных интересов — сначала я был студентом, потом аспирантом, потом преподавателем. Когда ты начинаешь читать лекции, ты ведь не перестаешь учиться.
Испытывали ли волнение перед первой лекцией?
Волнение — да, но страшно не было, хотелось попробовать. Это был определенный вызов. Старшие преподаватели говорили мне, что первый год — самый лучший, это не забывается, и это правда. В этот период для того, чтобы читать лекции, недостаточно просто знаний, должен быть интерес, мотивация рассказать, научить, поделиться чем-то. Какой-то кураж должен быть. И кураж тем больше у тебя, конечно, когда это все впервые.
Как вы думаете, сегодня работодатель обращает внимание на то, какой вуз окончил соискатель?
Если речь идет о человеке без опыта, то, конечно, учитывается хорошая учеба и лучше, если это будет учеба в престижном вузе — СПбГУ, МГУ, ВШЭ, МГЮА. Еще очень важно, с кем ты работал, кто твой научный руководитель. Если это кто-то известный, то тогда шансы трудоустроиться очень хорошие. А если речь идет о человеке постарше, то наличие хорошего опыта работы шансы выравнивает, уже это не так важно, диплом какого вуза у тебя есть.
Понятие «цифровая экономика» вам, вероятно, встречается еще чаще, чем всем остальным, хотя в последнее время оно слышится повсюду. Насколько, на ваш взгляд, процесс цифровизации уже развит в нашей стране?
Цифровая экономика у нас есть — мы покупаем билеты в интернете, заказываем еду домой, оплачиваем все уже даже не всегда банковской картой, а мобильным телефоном.
Значит ли это, что в России есть спрос на инновации?
Среди потребителей есть спрос и среди компаний, конечно, тоже.
В каких сферах больше всего?
Всегда сначала говорят про интернет-сферу, но ведь сейчас все направления экономики связаны с интернетом, пусть у нас пока и не очень прижился термин «Индустрия 4.0». Он зародился в Германии и означает цифровизацию процессов на производстве — процесс, когда средства производства сами друг с другом коммуницируют и настраивают наиболее оптимальный режим работы. Да, для нас это пока не повседневность, но тем не менее технологическое обновление происходит, пусть и не везде и не так быстро, как хотелось бы.
А в сфере образования с этим как обстоят дела?
Это одна из самых активно развивающихся сфер. Есть огромное количество продуктов, которые дают возможность получать образование дистанционно.
Это, например, онлайн-курсы?
В том числе. Еще это программы, которые позволяют вам дистанционно поставить самому себе задачи, чему вы хотите научиться. Это системы алгоритмов, которые подстраиваются под ваши задачи, способности усваивать тот или иной материал. Система видит, где вы ошибаетесь, что вам нужно повторить, а что уже нет. Это кастомизированный подход. Если мы говорим про школьное образование, то дистанционное обучение в той или иной мере используют 12 из 15 миллионов школьников. В университете пытливому студенту тоже нельзя ограничивать свое образование только традиционными лекциями.
А если говорить про инновации в юриспруденции? В мае на Международном юридическом форуме человек сражался с роботом в юридическом баттле. Одни утверждают, что искусственный интеллект и роботы-юристы уже совсем скоро станут повседневностью, другие — что человека заменит только человек, пусть и более компетентный. Что вы думаете?
Думаю, не заменят. Я бы сравнил это с теми суждениями, что кино и телевидение однажды заменят театр. Но этого не случилось. Думаю, то же самое будет и здесь: юридическая профессия просто примет другие формы, причем не кардинально другие. На самом деле компьютер может служить просто более эффективным помощником. Вспомните, как вам назначают штраф за превышение скорости: вас сфотографировал робот, документ был составлен автоматически.
Еще пример: вот вы не юрист. И у вас есть какая-то правовая проблема, вы пытаетесь в интернете узнать, как она решается. Предполагаю, что в будущем соответствующие программы смогут выполнять это более качественно. Вы будете анализировать не поток информации в Google или «Яндексе», а получите качественный структурированный текст. Если еще два года назад я считал, что искусственному интеллекту технологически не под силу выполнять какие-то вещи, которые делает человек, то сегодня уверен, что это возможно.
Что поменялось?
Поменялся уровень развития искусственного интеллекта. Сейчас это уже не просто алгоритм, когда мы весь закон нарисовали в виде схемы. Для решения юридических задач такого алгоритма недостаточно. Есть еще усмотрение правоприменителя, которое основывается в том числе на его восприятии, что такое хорошо, а что такое плохо. Каждый судья или юрист анализирует юридический казус на основании собственного опыта — воспитания, моральных и нравственных установок, особенностей семейных отношений. Все это формирует наши жизненные принципы и взгляды. Раньше казалось, что у машины этого быть не может.
А теперь может?
Да, вы просто закачиваете туда всю информацию, которая в агрегированном виде содержит этот «жизненный опыт». Вы воспринимали это 20 лет, а машина — всего несколько часов. Проводились такого рода эксперименты: вы учите машину одному — она добрая и прекрасная, рассуждает с вами о приятном. А если вы загрузили в нее нацистскую идеологию, машина будет соответствующим образом себя вести. Но надо помнить: научить робота сегодня уже может и другой робот, без участия человека, поэтому все больше вопросов про этику. Если раньше какие-то вещи мы не могли представить на горизонте 50 лет, то сегодня совсем другие скорости — трудно сказать, что будет через два года.
Как вам кажется, успевает ли сегодня правовое регулирование за развитием технологий?
Процесс нормотворчества не такой быстрый — чтобы какую-то норму принять, нужно это согласовать, прийти к консенсусу. Технологии развиваются вне зависимости от консенсуса, гораздо быстрее. Ученый что-то придумал, это внедрили, и это работает.
Разница в скоростях не мешает?
Где-то мешает, а где-то даже помогает. Есть технологии, которые существуют в нашей повседневной жизни без какого-либо дополнительного правового регулирования. Например, «Сбербанк онлайн». Приложение есть, работает, и все им пользуются.
А пример ситуации, когда без новых норм никак?
Сферы, в которых не допускаются отступления. Беспилотный транспорт не может выйти на дороги, пока ему не разрешили. Или телемедицина, например.
Она может сейчас развиваться в нашей стране?
Очень сложно. Что такое телемедицина? Вы должны подключиться к доктору через сеть. Сейчас это можно сделать только через портал госуслуг. Вы не можете подключиться туда просто так, без идентификации. Весь процесс не может происходить в анонимной среде. Важно понимать, кто твой пациент.
Но еще важнее понимать, кто твой врач, наверное.
Да. Но есть и другие смешные препятствия — по нормам врач должен оказывать услуги только в специально оборудованном кабинете. И для телемедицины в этом нет исключений. Наверное, врач не должен сидеть в тренировочных штанах и запивать булку кефиром, но обязательно ли ему для заочной консультации сидеть в специально оборудованном кабинете — не уверен. Кроме того, сейчас много специальных программ и гаджетов, которые определяют сердечный ритм. Врач не может использовать данные такого рода приложений и ставить по ним диагноз, потому что они не сертифицированы как медицинское устройство. Такие вещи, наверное, сдерживают скорость внедрения технологий, но надо помнить: любая новая технология содержит в себе риски. Ей нужны время и дискуссия для осмысления, готовы ли мы эти риски принять.
В своих интервью вы называете ХХI век «веком борьбы за таланты». Есть ли у рынка потребность в молодых и талантливых кадрах?
Потребность в квалифицированных кадрах есть всегда. Где-то их переизбыток, но где-то их точно не хватает. И молодому человеку здорово было бы угадать, что будет востребовано завтра.
Можно попросить подсказку?
Будущее за технологиями, а значит, будут актуальны разнообразные технические специальности. Бесспорно, это сфера IT. Еще математика: Россия всегда была сильна в этой сфере, а на основе алгоритмов и создаются в конечном итоге технологии искусственного интеллекта, вокруг которых сейчас все так или иначе строится. Молодым людям надо бороться за место под солнцем. Этому может помочь только напряженный труд, учеба и стремление к новому.

MIL OSI