Как коллективные меры по развитию инфраструктуры будут стимулировать глобальный рост

Source: IMF – News in Russian

Блог МВФ – График недели
24 ноября 2020 г.
(Фото: Ljubaphoto/iStock by Getty Images)
По мере того, как приближается появление вакцин, растет надежда, что вскоре будет поставлен заслон распространению пандемии. При этом необходимость совместных усилий для обеспечения лучшего будущего как никогда велика. Приоритетные области связаны с необходимостью производства и распространения вакцин в мировом масштабе, борьбой с изменением климата и поддержкой восстановления экономики после кризиса.
В докладе МВФ, опубликованном в преддверии встречи руководителей стран Группы 20-ти, говорится, что синхронизированные усилия по инвестициям в инфраструктуру могут придать импульс экономическому росту, ограничить долговременный ущерб и способствовать достижению целей, связанных с климатом. По сути, при одновременном принятии мер большим количеством стран государственные инвестиции в инфраструктуру могут способствовать повышению экономического роста как внутри страны, так и за рубежом за счет торговых связей. Этот положительный вторичный эффект может послужить дополнительным стимулом роста глобального объема производства.
Вторичные эффекты, возникающие вследствие повышения спроса, имеют особенно сильное влияние в условиях слабой экономической конъюнктуры и низких процентных ставок. В период динамичного развития экономики повышение государственных расходов может способствовать росту инфляции выше цели центрального банка и вызвать ужесточение денежно-кредитной политики, несколько нивелируя изначальное стимулирование спроса. Однако при слабой конъюнктуре и инфляции ниже целевого уровня вероятность ужесточения денежно-кредитной политики в связи с ростом государственных расходов снижается, что ведет к усилению реакции объема производства. Таким образом, в условиях значительных резервных мощностей усиливается влияние как внутренних государственных расходов на инфраструктуру, так и спроса, который является следствием роста государственных инвестиций за рубежом.
Эта мысль проиллюстрирована на нашем графике недели. Если бы страны, имеющие возможности для расходов, увеличили инвестиционные расходы на инфраструктуру на ½ процента ВВП в 2021 году, повысили их до 1 процента ВВП в 2022 году и поддерживали их на этом уровне до 2025 года, а страны, располагающие меньшими бюджетными возможностями, за тот же период израсходовали примерно треть от этой суммы, мировой объем производства мог бы увеличиться к 2025 году почти на 2 процента (черная пунктирная линия). Примерно на треть это влияние связано с трансграничными вторичными эффектами. Для того, чтобы это увидеть, можно рассмотреть ряд гипотетических сценариев, в которых каждая страна в отдельности повышает расходы на инфраструктуру, не получая выгод от роста расходов за рубежом. В этом случае глобальное влияние составит в среднем примерно 1,2 процента (сплошная черная линия).
Вывод: если страны Группы 20-ти предпримут совместные усилия, они могут достичь на две трети больше, чем действуя по отдельности, при том же уровне затрат. 

Важные дополнительные выгоды связаны с конкретными видами расходов на инфраструктуру. Например, если приоритетом таких расходов являются «зеленые» инвестиции, они также повысят устойчивость и обеспечат более экологически чистый мир для следующего поколения. Приоритетное внимание может быть уделено проектам эффективного общественного транспорта, «умным» электросетям и модернизации зданий в целях повышения их энергоэффективности. Важное значение также имеют государственные инвестиции, способствующие созданию рабочих мест, например, в техническое обслуживание инфраструктуры или эффективно осуществляемые общественные работы.
Когда директивные органы разных стран работают сообща и осуществляют высококачественные, разумные расходы на инфраструктуру, последствия действий каждого из них в отдельности могут усиливаться и оказывать дальнейшую поддержку всем странам.
На основе исследования Джареда Беби, Лоны Кристиансен, Марго Макдональд, Рафаэля Портильо, Ашика Хабиба, Бена Ханта и Ойи Челасун.

MIL OSI

Пришло время для инноваций в сфере реструктуризации суверенного долга

Source: IMF – News in Russian

Питер Брейер и Чарльз Коэн
19 ноября 2020 г.
(Фото: Worawee Meepian/iStock by Getty Images)
Когда у корпораций накапливается слишком много долгов и им необходимо их реструктурировать, кредиторы в итоге часто обменивают облигации или кредиты на акции. Они обменивают гарантированную выплату по инвестициям с фиксированным доходом на инструменты участия в капитале, доходность которых зависит от результатов деятельности компании в будущем. Иными словами, инвесторы соглашаются разделить риск с компанией. Можно ли применить аналогичный механизм при необходимости реструктуризации долга суверенного государства, привязав размер выплат к его будущим экономическим показателям? В новом исследовании МВФ рассматриваются варианты инновационных инструментов суверенного долга, которые могут как помогать кредиторам и дебиторам достичь соглашения по возможности реструктуризации долга за счет разделения некоторых перспектив получения прибыли, так и укреплять устойчивость долгового портфеля страны перед будущими шоками.
Огромный экономический шок, спровоцированный COVID-19, застал почти половину стран с низкими доходами и ряд стран с формирующимся рынком уже в ситуации долгового кризиса или в условиях высокого риска его возникновения. Ожидается, что уровни суверенного долга повысятся примерно на 17 процентов ВВП в странах с развитой экономикой, 12 процентов в странах с формирующимся рынком и 8 процентов в странах с низкими доходами по сравнению с ожидавшимся до пандемии. Кризис COVID-19 также ознаменовал начало периода высокой макроэкономической неопределенности. В данной ситуации перспективы сохранения суверенными заемщиками способности обслуживать долг становятся более неопределенными, чем когда либо, в результате чего кредиторы могут быть менее склонны принимать необратимо обесценившееся требование.
Затяжные переговоры, отсутствие доступа на рынки и высокий уровень неопределенности во время реструктуризации могут лишить государства крайне необходимых средств на продолжительный период, что приведет к сокращению приоритетных расходов и инвестиций, которые требуются для роста экономики и обеспечения возможности страны обслуживать свои долги. В попытке избежать такого неконтролируемого ухудшения ситуации некоторые правительства могут склоняться к тому, чтобы принять неблагоприятные условия реструктуризации, которые в итоге вскоре  провоцируют возникновение тех же проблем.
План на случай непредвиденных обстоятельств
Пандемия может стать той силой, которая ускорит внедрение инноваций на рынке суверенного долга, необходимость в которых давно назрела. Это может обеспечить менее затяжной и более простой процесс реструктуризаций, а также помочь избежать их в будущем.
Долговые инструменты, выплаты кредиторам по которым корректируются в соответствии с  будущим состоянием (или «в зависимости от» состояния) суверенного заемщика (оцениваемого по уровню ВВП, объему экспорта или ценам на сырьевые товары), могут помочь разорвать этот порочный круг. В условиях замедления экономического роста эти «долговые инструменты с выплатами в зависимости от состояния экономики» сохранят облегчение бремени задолженности, полученное страной при реструктуризации. В условиях улучшения экономической конъюнктуры они будут автоматически приносить кредиторам дополнительную компенсацию при улучшении платежеспособности страны.
Это обязательство может позволить стране заблаговременно достичь соглашения о более значительном сокращении долговой нагрузки и сделать ее более устойчивой в дальнейшем, особенно когда страна вновь получит более оперативный доступ на рынок. В то же время, разработка симметричного инструмента, предоставляющего более значительное облегчение бремени в случае ухудшения ситуации, может способствовать достижению соглашения при более благоприятном базисном сценарии, обеспечивая инвесторам возврат вложенных средств, а стране защиту в случае ухудшения ситуации.
Трудности реализации
Несмотря на привлекательность долговых инструментов с выплатами в зависимости от состояния экономики в этот период неопределенности, сохраняются давние трудности для их внедрения, и при их разработке необходимо учитывать уроки прошлого опыта. В прошлом кредиторы серьезно не рассматривали эти инструменты, учитывая их неизученный характер, специфические профили риска и, как следствие, отсутствие торговой ликвидности. Подобные опасения можно преодолеть с помощью тесной привязки переменных, характеризующих состояние экономики, таких как рост ВВП или цены на сырьевые товары, к потенциалу погашения задолженности дебиторами, а также гарантии того, что оценка переменных, характеризующих состояние экономики, исключает манипулирование данными.
Более широкое использование и стандартизация условий позволят инвесторам лучше разобраться в контрактах с выплатами в зависимости от состояния экономики, обеспечат усовершенствование ценообразования и будут способствовать торговле ими на вторичном рынке. Для преодоления опасений заемщиков формула выплат должна быть прозрачной и предполагать контрциклическую реструктуризацию, при этом также ограничивая чрезмерные выплаты.
Страхование от ураганов
Реструктуризация также может укрепить устойчивость долгового портфеля страны за счет включения некоего подобия страховых оговорок, которые обеспечивают смягчение условий при возникновении шоков, например, ураганов или других стихийных бедствий. Кредиторы согласны предоставлять некоторым странам Карибского бассейна страховку на случай ураганов в виде отсрочки выплат процентов и продления сроков погашения. Подобные положения укрепляют потенциал страны по погашению задолженности во время кризиса, что приносит выгоду обеим сторонам. Реструктуризация обеспечивает уникальную возможность произвести обмен всего накопленного долга на новые ценные бумаги с этими механизмами, обеспечивая сохранение равных условий для всех кредиторов.
Еще более амбициозной целью будет разработка инструментов, которые могут обеспечивать автоматическое введение моратория на выплату задолженности во время глобального кризиса (такого как текущая пандемия), что поможет развивающимся странам преодолеть неожиданно крупный шок. Однако остается сложно определить приемлемое инициирующее событие. Один вариант предполагает привязать будущий мораторий на выплату задолженности частного сектора к мораториям на погашение долга  официального сектора, поскольку это будет служить достаточно надежным показателем серьезности кризиса.
Долговые инструменты с выплатами в зависимости от состояния экономики могут быть полезными в определенных ситуациях. Однако они не являются универсальным средством для преодоления трудностей, присущих реструктуризации суверенного долга. Необходимы другие комплексные реформы, о чем подробно рассказывается в другом недавнем исследовании, посвященном укреплению архитектуры долга. Оптимизация их структуры с учетом прошлого опыта может позволить условным инструментам играть важную роль в обеспечении более быстрой и менее дорогостоящей реструктуризации долга, а также укрепит устойчивость стран к будущим шокам. Сейчас самое подходящее время для решения этой задачи.
*****
Питер Бройер — начальник Отдела рынков долгового капитала Департамента денежно-кредитных систем и рынков капитала, курирует работу группы по анализу рисков суверенного долга и консультированию по вопросам управления суверенным долгом и развития локальных рынков капитала. Ранее он также руководил группой, которая занимается анализом рисков глобальной финансовой стабильности и написанием «Доклада по вопросам глобальной финансовой стабильности». Он был руководителем или соруководителем программ оценки стабильности финансового сектора Соединенных Штатов Америки, Люксембурга и Финляндии. Питер возглавлял представительство МВФ в Ирландии в качестве постоянного представителя МВФ во время реализации программы ЕС и МВФ в 2011–2014 годах. На занимаемых ранее должностях он работал по широкому кругу стран и вопросов политики. Питер имеет кандидатскую степень и степень магистра гуманитарных наук от Университета Брауна, степень магистра естественных наук от Лондонской школы экономики и степень бакалавра гуманитарных наук от Вассар Колледж.
Чарльз Коэн — заместитель начальника Отдела рынков долгового капитала Департамента денежно-кредитных систем и рынков капитала. Он пришел в Международный валютный фонд в 2017 году и специализировался в вопросах, связанных с долговыми рынками и финансовой стабильностью. Ранее он работал в Совете по надзору за финансовой стабильностью Казначейства США. До этого он работал в компании Bain Capital Credit в сфере управления портфелем корпоративных и суверенных долговых обязательств, а также в Boston Consulting Group. Он обладает разносторонним опытом работы в частном и государственном секторе в сфере анализа финансовых рынков, политики финансовой стабильности и в вопросах регулирования. Чарльз имеет степень кандидата экономических наук от Гарвардского университета, и степень магистра и бакалавра по математике от Чикагского университета и Стэнфордского университета.

MIL OSI

Продолжение решительных мер экономической политики для преодоления продолжающейся неопределенности

Source: IMF – News in Russian

Кристалина Георгиева
19 ноября 2020 г.
(Фото: Bulat Silvia iStock by Getty Images)
Сейчас, когда на этой неделе руководители стран Группы 20-ти проводят виртуальное заседание, мировая экономика переживает критический момент. Страны начали постепенно выбираться из глубокого кризиса COVID-19. Однако новая волна распространения инфекции во многих странах показывает, насколько трудным и неопределенным будет путь наверх.
Хорошая новость заключается в том, что наметился существенный прогресс в разработке вакцины. Несмотря на множество оговорок, это вселяет надежду на победу над вирусом, который унес более миллиона человеческих жизней и привел к потере десятков миллионов рабочих мест.
Менее хорошая новость заключается в тяжелом характере пандемии и его пагубном воздействии на экономику. В прошлом месяце МВФ прогнозировал, что глобальный ВВП в 2020 году сократится на беспрецедентную за всю историю величину в 4,4 процента. В следующем году мы ожидаем частичное и неравномерное восстановление экономики и рост на уровне 5,2 процента.
Данные, полученные за период после наших последних прогнозов, подтверждают, что восстановление мировой экономики продолжается. Для многих экономик, в том числе для США, Японии и еврозоны, экономическая активность в III квартале превзошла ожидания.
Однако, как отмечается в справке, подготовленной МВФ к саммиту руководителей Группы 20-ти https://www.imf.org/external/np/g20/111920.htm, последние данные в отношении контактоемких отраслей услуг указывают на замедление динамики восстановления в странах, столкнувшихся с новым усилением пандемии.
Иными словами, несмотря на близкую перспективу медицинского решения для преодоления кризиса, дальнейшее восстановление экономики по-прежнему сопряжено с трудностями и возможными неудачами.
Возможное улучшение ситуации связано с тем, что более быстрое, чем ожидается, сдерживание распространения вируса или разработка более совершенных методов лечения позволят быстрее вернуться к привычной активности, ограничат эффект экономических «шрамов» и придадут импульс экономическому росту.
В негативном плане, если для борьбы с новыми волнами распространения инфекции потребуются более суровые ограничения мобильности или если в разработке, производстве и повсеместном распространении вакцин и методов лечения произойдут задержки, то социальное дистанцирование окажется более долговременным. В результате темпы роста будут ниже, уровень государственного долга будет выше, а глубокое негативное воздействие на долговременный потенциал экономики окажется более серьезным — только представьте, как продолжительная потеря рабочих мест скажется на человеческом капитале работников.
Вот почему нам необходимо продолжать решительные меры для преодоления продолжающейся неопределенности.
Успех в данном случае зависит от быстрых и совместных действий. Я вижу три приоритетные задачи: (i) преодоление кризиса в сфере здравоохранения; (ii)усиление мер переходного периода по восстановлению экономики; и (iii)формирование основы для создания более совершенной экономики XXI века.
Во-первых, преодоление кризиса в сфере здравоохранения.
Новая волна распространения инфекции — суровое напоминание о том, что мы не сможем добиться устойчивого восстановления экономики где-либо, если мы не положим конец пандемии повсеместно. Государственные расходы на лечение, тестирование и отслеживание контактов сейчас важны как никогда.
Не менее важным является трансграничное сотрудничество для ослабления рисков недостаточного доступа к вакцинам, методам лечения и средствам тестирования. Это означает, что необходимо нарастить масштаб многосторонних усилий в сфере производства, закупки и распространения решений в сфере здравоохранения — особенно в более бедных странах. Это также означает, что необходимо устранить торговые ограничения на поставку всех товаров и услуг медицинского назначения, в том числе связанных с вакцинами.
Согласно нашим оценкам, более оперативное широкое распространение решений в сфере здравоохранения к 2025 году может обеспечить повышение доходов в мире почти на 9 триллионов долларов США. Это поможет сократить разрыв в доходах между более бедными и более богатыми государствами в период, когда прогнозируется усиление неравенства между странами.
Во-вторых, усиление мер переходного периода по восстановлению экономики.
Под руководством Группы 20-ти мировое сообщество приняло беспрецедентные и синхронизированные меры по ограничению степени спада мировой экономики, в том числе меры бюджетной поддержки на сумму 12 триллионов долларов США и масштабной поддержки ликвидности, предоставленной центральными банками. Для всех заемщиков, кроме наиболее рискованных, условия финансирования стали более благоприятными.
Принимая во внимание серьезность кризиса, необходимо наращивать такие меры. Во многих развивающихся странах ситуация по-прежнему вызывает тревогу ввиду более ограниченного пространства для принятия антикризисных мер. Между тем в мировом масштабе экономическая и финансовая неопределенность остается высокой. Например, повышенная стоимость активов указывает на разрыв связи между финансовым рынком и реальной экономикой, что сопряжено с рисками для финансовой стабильности.
Более того, значительная часть бюджетных мер поддержки в настоящее время постепенно сокращается. Сроки предоставления многих жизненно важных мер поддержки, таких как денежные трансферты домохозяйствам, меры сохранения рабочих мест и повышенные пособия по безработице, истекли или истекут до конца текущего года. Это происходит в условиях по-прежнему высокой прогнозируемой потери рабочих мест в результате кризиса. Согласно оценкам, в одной только глобальной сфере туризма работу могут потерять до 120 миллионов человек.
Так как же можно ослабить неопределенность и усилить меры переходного периода для восстановления экономики?
1.  Избегать преждевременного прекращения государственной поддержки. В некоторых странах в следующем году есть возможности для дополнительной бюджетной поддержки сверх запланированных ассигнований. Странам с ограниченным бюджетным пространством будет важно выбрать приоритеты и перераспределить расходы для защиты наиболее уязвимых слоев населения. Не менее важно продолжать проводить мягкую денежно-кредитную политику и поддерживать ликвидность для обеспечения кредитования, особенно для малых и средних предприятий, наряду с соответствующими мерами политики в финансовом секторе. Это позволит поддержать рост, рабочие места и финансовую стабильность.
2.  Подготовиться сейчас к синхронизированным мощным усилиям по инвестициям в инфраструктуру, как только удастся взять пандемию под более надежный контроль. Это позволит придать импульс росту, ограничить эффект «шрамов» и выполнить цели в области изменения климата. В случаях, когда сохраняются большие незадействованные мощности, такого рода инвестиции в государственный сектор могут помочь способствовать движению  экономики к обеспечению полной занятости наряду с укреплением производительности в частном секторе.
Белее того, новые исследования сотрудников МВФ [link] показывают, что при условии одновременных инвестиций стран Группы 20-ти можно извлечь значительные потенциальные выгоды. Если бы страны, имеющие наибольшие бюджетные возможности, одновременно увеличили расходы на инфраструктуру на ½ процента ВВП в 2021 году и на 1 процент ВВП в последующие годы и если бы страны с более ограниченными бюджетными возможностями инвестировали одну треть от этих сумм, то мировой ВВП мог бы повыситься почти на 2 процента к 2025 году. Если действовать разобщенно, то рост составит немного ниже 1,2 процента.
Иными словами, если страны будут действовать в одиночку, то для достижения тех же результатов им потребуется примерно на две трети больший объем расходов. Главное — это то, что мы можем придать импульс экономическому росту, созданию рабочих мест и решению проблемы изменения климата намного более эффективно, если мы будем действовать сообща.

В-третьих, формирование основы для более совершенной экономики 21-го века.
Наиболее важная неопределенность заключается в следующем: как нам использовать возможности, связанные с этим периодом дестабилизации, чтобы построить более совершенную экономику для всех? Этот вопрос был темой состоявшегося на прошлой неделе Парижского форума мира, и он станет одной из ключевых тем для лидеров Группы 20-ти.
Мы все признаем, что экологическая устойчивость должна стать ключевым элементом формирования более устойчивой и социально интегрированной экономики. Для этого потребуется серьезное сочетание мер, в том числе первоначальная активизация «зеленых» инвестиций и постепенное повышение платы за выбросы углерода. Согласно нашим оценкам, такой пакет мер может способствовать повышению мирового ВВП и созданию примерно 12 миллионов новых рабочих мест в течение десятилетия, обеспечив переход к достижению нулевого чистого уровня выбросов к середине столетия.
Между тем ясно одно: для того чтобы обеспечить «зеленый» рост и в полной мере раскрыть потенциал цифровой экономики, мы должны  оказать поддержку работникам по мере их перемещения из сокращающихся в развивающиеся отрасли. Важнейшей статьей являются социальные расходы, в том числе увеличение инвестиций в обучение, переподготовку и качественное образование. Это особенно важно для работников с низкой и средней квалификацией, среди которых чрезмерную долю составляют женщины и молодежь. Они в наибольшей степени пострадали от кризиса.

Еще один составной элемент — это устойчивость бюджета. Одним из главных последствий кризиса является рекордно высокий уровень государственного долга. Урегулирование этой проблемы в среднесрочной перспективе будет иметь решающее значение, в том числе в рамках пересмотра налоговых систем для мобилизации доходов на справедливой основе. Однако для многих стран с низким уровнем доходов и высоким бременем задолженности необходимо предпринимать неотложные шаги сейчас, в том числе увеличивая доступ к грантам, льготному кредитованию и облегчению бремени задолженности.
В этом смысле Группа 20-ти играет ключевую роль. Одобренная ею Инициатива по приостановке выплат в счет обслуживания долга дала «передышку» многим странам с низкими доходами в борьбе против вируса. Новые Общие основы, согласованные при поддержке Парижского клуба, преследуют более далеко идущие цели: если они будут полностью внедрены, то более бедные страны получат возможность обращаться за облегчением долгового бремени на постоянной основе, при этом будут обеспечены равные условия для всех кредиторов в ведении переговоров.
И наконец, необходима поддержка мировой экономики и вне рамок Группы 20-ти! Для помощи наиболее бедным странам в преодолении кризиса важнейшее значение имеют многосторонние усилия. Не менее важную роль играют неуклонные усилия по укреплению системы торговли, основанной на правилах, формирование международной системы налогообложения, при которой все участники платят справедливую долю налогов, и содействие укреплению глобальной системы финансовой безопасности. Без этого ситуация с неравенством будет усугубляться, и мировая экономика столкнется с еще более серьезными трудностями в предстоящий период.
В МВФ мы предприняли беспрецедентные меры в ответ на кризис, в том числе предоставили более100 млрд долларов СШАновых финансовых ресурсов 82странам, а также облегчение обслуживания долга наиболее бедным странам-членам. Мы ставим цель еще больше увеличить помощь нашим 190 странам-членам, чтобы преодолеть кризис и построить более совершенную экономику после пандемии.
*****
Кристалина Георгиева

MIL OSI

Как страны Ближнего Востока и Центральной Азии могут ограничить эффект экономических «шрамов» после COVID-19

Source: IMF – News in Russian

Продавцы и покупатели в Египте, носящие медицинские маски на открытом рынке во время коронавируса. (фото: Алексей Сарифулин iStock by Getty Images)Как страны Ближнего Востока и Центральной Азии могут ограничить эффект экономических «шрамов» после COVID-19

Клаков Акепанидтаворн, Олуреми Акин-Олугбаде, Гарет Андерсон, Далмасио Бенисио и Джойс Вонг

19 ноября 2020 г.
Экономический кризис, обусловленный пандемией COVID-19, — наиболее серьезный и глубокий за последний период шок подобного рода, который может нанести долговременный ущерб экономикам стран Ближнего Востока и Центральной Азии.

Ссылки по теме:

В опубликованном недавно докладе «Перспективы развития региональной экономики: Ближний Восток и Центральная Азия» сотрудники МВФ рассматривают такую вероятность и то, какие шаги могут предпринимать страны, чтобы предотвратить экономические «шрамы» и повысить свою устойчивость.
Можно предположить, что эффект экономических «шрамов» возникает, когда кризис приводит к долговременному сокращению производства или ослаблению спроса. Глубина «шрамов» зависит от условий, существовавших в стране к началу кризиса, и от последующих ответных мер. К примеру, мировой финансовый кризис обернулся серьезными «шрамами» в регионе. Так, к концу 2019 года треть стран региона так и не смогли восстановить докризисную динамику производства, а тем странам, которым удалось это сделать, потребовалось более пяти лет.
Почему «эффект шрамов» в настоящее время является угрозой
Учитывая беспрецедентный характер текущих проблем и тот факт, что до пандемии уровень бюджетных и внешних факторов уязвимости уже был повышенным, страны Ближнего Востока и Центральной Азии столкнулись с возможной угрозой того, что последствия этого кризиса будут еще более долговременными, чем влияние мирового финансового кризиса. Согласно оценкам нашего экономического прогноза, через пять лет в странах региона уровень ВВП может оказаться на 12 процентов ниже показателя, на который указывали докризисные тенденции, по сравнению со снижением на 9 процентов в целом в странах с формирующимся рынком и развивающихся странах. Более того, для возврата к докризисным тенденциям может потребоваться более десяти лет.
Эффект «шрамов» может возникнуть в регионе в нескольких ключевых сферах. Во-первых, в результате усилий по сдерживанию распространения инфекции серьезной дезорганизации и убыткам подвергается сфера услуг — особенно поездки и туризм. Так, для стран, полагающихся на туризм, таких как Грузия, Иордан, Ливан и Марокко, мы прогнозируем, что и базовый ВВП, и рост занятости могут снизиться на 5 процентных пунктов в 2020 году, причем последствия этого могут сохраняться до пяти лет.

Во-вторых, учитывая более высокий уровень заемных средств и снижение рентабельности, к началу кризиса положение предприятий в регионе оказалось более слабым по сравнению с началом предыдущих кризисов. Как показывают данные за первое полугодие 2020 года, доходы предприятий сократились на семь процентов, а во многих отраслях, таких как энергетика, обрабатывающая промышленность и услуги, падение доходов исчислялось двузначными числами. Для восстановления ущерба, нанесенного предприятиям региона, потребуются годы, а это влечет за собой риски корпоративных дефолтов в среднесрочной перспективе.
В-третьих, согласно оценкам, за первое полугодие 2020 года денежные переводы сократились в среднем на 23 процента. Длительное сохранение пониженных уровней денежных переводов приведет к ослаблению частного спроса и ухудшению показателей бедности и неравенства. В уязвимых и охваченных конфликтами государствах, таких как Йемен и Судан, и других странах, зависящих от денежных переводов, таких как Египет, Пакистан и Узбекистан, совокупное увеличение численности населения, живущего в условиях крайней бедности, в 2020 году может достичь 1,3 млн человек.

Наконец, еще до начала распространения пандемии COVID-19 страны испытывали высокий уровень безработицы, а ограниченные возможности для удаленной работы в регионе наряду с высокой степенью неформальной занятости лишь усугубили влияние карантинных мер на ситуацию на рынке труда. Как показывает опыт прошлых потрясений, экономические спады в регионе обычно оказывают долговременное воздействие на рынок труда, при этом периоды безработицы могут иметь длительные пагубные последствия для возможностей трудоустройства работников.
Преодоление возникающих проблем
Все эти факторы указывают на трудный предстоящий путь для стран региона Ближнего Востока и Центральной Азии. Тем не менее масштабных эффектов «шрамов», к счастью, еще можно избежать, если официальные органы предпримут оперативные и решительные действия.
Крайне важно будет содействовать восстановлению экономики, избегая при этом создания секторов «зомби», полагающихся на государственную поддержку. Это означает, что меры политики следует направлять исключительно на жизнеспособные предприятия, содействуя при этом переобучению и перераспределению трудовых ресурсов и капитала из секторов, испытывающих неуклонное сокращение.
Такие меры, как временная поддержка заработной платы, субсидирование процентных ставок и отсрочка налоговых платежей, будут иметь решающее значение для обеспечения наличия у предприятий достаточной ликвидности. В случае угрозы платежеспособности следует внедрить действенные механизмы в отношении несостоятельности для обеспечения оперативного урегулирования, чтобы минимизировать негативное воздействие на финансовую стабильность.
В ходе реализации таких мер необходимо отдавать приоритет наиболее уязвимым слоям населения и обеспечивать их защиту. Необходимо обеспечивать сохранение уровней расходов на здравоохранение, образование и социальную защиту; следует также изучать возможности инновационных цифровых решений для повышения адресности и расширения охвата получателей. Что касается стран со слабыми системами социальной защиты, но располагающих бюджетным пространством, то в качестве временной меры можно рассмотреть безусловные денежные трансферты по мере улучшения адресности оказания помощи. Для предотвращения затяжной безработицы ключевым условием станет переобучение работников в наиболее пострадавших отраслях и снабжение их новыми навыками, востребованными в других секторах. Что касается иностранных работников, то странам следует способствовать повышению внутренней мобильности, поддержке усилий по удержанию сотрудников и развитию программ подбора и поиска работы. Странам следует также совершенствовать свои цифровые платформы, что повысит устойчивость рынка труда и позволит странам эффективно использовать возможности цифровой экономики.
COVID-19 оставит неизгладимый след в 2020 году и в последующий период и приведет к беспрецедентным человеческим и экономическим последствиям. Однако с помощью эффективных мер политики и решительных действий страны Ближнего Востока и Центральной Азии смогут избежать потери десятилетия и преодолеть пандемию с уверенными перспективами для достижения благополучного, инклюзивного и более устойчивого будущего.

MIL OSI

Преодоление цифрового разрыва для более широкого восстановления после COVID-19

Source: IMF – News in Russian

Патрик Ньороге и Джейла Пазарбашиоглу
5 ноября 2020 г.
(Фото: Pict Rider/iStock by Getty Images)
За последние несколько лет переход на цифровые технологии позволил, в частности, развивающимся странам совершить скачок в области расширения доступа к финансовым услугам. Такие страны, как Кения, Гана, Руанда и Танзания, добились больших успехов в подключении граждан к финансовым системам, воспользовавшись возможностями технологий мобильной связи.
В то время как мир продолжает борьбу с пандемией COVID-19, сопровождающуюся закрытием границ, введением комендантского часа, режимом самоизоляции и другими ограничениями на передвижение, на помощь пришли цифровые технологии. Интернет-магазины, развлечения в режиме онлайн, цифровые финансовые услуги, а также виртуальные встречи и мероприятия заняли центральное место в жизни людей и стали источником их дохода во всем мире.
Цифровые решения
С наступлением пандемии директивные органы приняли экстренные меры для поддержки и содействия деятельности, связанной с цифровыми технологиями. Так, Центральный банк Кении отменил сборы и увеличил лимит на операции по мобильным платежам на небольшие суммы. Это привело к значительному увеличению как стоимости, так и объема операций, совершаемых в основном на сумму до 10 долларов США, что помогло облегчить положение наиболее уязвимых домашних хозяйств и привлечь более 1,6миллиона дополнительных клиентов. В Руанде в марте были временно отменены все сборы. К концу апреля 2020 года еженедельная стоимость всех видов операций с использованием мобильных платежей возросла на 450 процентов по сравнению с уровнем, существовавшим до пандемии.
Компании также не замедлили воспользоваться преимуществами цифровых технологий. В Китае компания Ant Group, объединившись с более чем 100 банками-партнерами, приступила к реализации инициативы  «бесконтактные займы» с целью помочь малым и средним предприятиям, пострадавшим от COVID-19, восстановить свою деятельность. Центральный банк Бразилии запускает проект PIX— систему мгновенных платежей, широкий доступ к которой, как ожидается, откроется уже в этом месяце. В Индии стартап из Мумбаи Riskcovry представил полис страхования от коронавируса для предприятий, желающих предложить своим сотрудникам страхование расходов на госпитализацию и от потери заработной платы.
Так совпало, что в течение последних 18 месяцев в рамках работы Целевой группы Генерального секретаря ООН по цифровому финансированию целей в области устойчивого развития мы изучали, как переход на цифровые технологии может помочь в решении наиболее насущных проблем мирового развития. Пандемия COVID-19 лишь повысила значимость мандата целевой группы. Пандемия создала дополнительные препятствия на пути к достижению целей в области устойчивого развития, особенно в сфере здравоохранения и образования. Чтобы добиться глобального восстановления, потребуется наверстать возникшее отставание в этой области.
В чем может помочь переход на цифровые технологии?
Предлагаем три рекомендации. Во-первых, в центр мировой финансовой системы необходимо поместить нужды людей. Переход на цифровые технологии должен определяться потребностями населения и служить их удовлетворению. Так, в 2017 году с целью мобилизации микросбережений для финансирования деятельности государства в Кении были представлены цифровые облигации M‑Akiba стоимостью от всего лишь 30 долларов США, доступные для покупки на мобильных телефонах. Примечательно, что при этом 85 процентов инвесторов впервые приняли участие в торговле на рынке государственных ценных бумаг.
Во-вторых, для сокращения цифрового разрыва требуется подключение граждан к сетям связи. Доступа к широкополосной связи не имеют более 700 миллионов человек, а официального удостоверения личности не имеют более миллиарда человек. Страны должны инвестировать в цифровую инфраструктуру и цифровые удостоверения личности, чтобы их граждане имели возможность получить доступ к услугам в режиме онлайн. Кроме того, необходимы инвестиции в повышение арифметической и финансовой грамотности населения. Для содействия усилиям в этом направлении потребуется международное сотрудничество. В целях оказания помощи странам Международный валютный фонд, Всемирный банк и другие международные организации сотрудничают с частным и государственным секторами во всем мире.
В-третьих, необходимо укрепить систему управления глобальными цифровыми финансовыми платформами. Крупнейшие технологические компании трансформируют процессы предоставления услуг во всем мире, в том числе в развивающихся странах. Пандемия COVID-19 ускорила данную тенденцию, и эти компании стали играть все более заметную роль в жизни людей. Однако развивающиеся страны не имеют возможности участвовать в обсуждении вопросов управления этими платформами. Одной из ключевых инициатив целевой группы является «Диалог по глобальному управлению цифровыми финансами», направленный на содействие сбалансированному и более инклюзивному диалогу, в том числе с привлечением развивающихся стран, по вопросам более эффективного согласования методов управления технологических гигантов с целями в области устойчивого развития.
Дальнейшие действия
Строя цифровой мост в будущее, мы должны продолжать уделять внимание возникающим рискам. Риски в сфере кибербезопасности, конфиденциальности и безопасности данных представляют наиболее серьезную угрозу для уязвимых граждан, использующих цифровые услуги впервые. Мы должны понизить эти риски и защитить информацию граждан и их заработанные трудом деньги.
Кризис пандемии представляет прекрасную возможность для того, чтобы улучшить жизнь и благосостояние граждан. Правительствам, частному сектору, международным организациям и гражданам необходимо принять вызов масштабного перехода на цифровые технологии и решиться на изменение ситуации к лучшему. Время пришло!
*****
Д-р Патрик Ньороге— девятый управляющий Центрального банка Кении (ЦБК), занимающий эту должность с 19 июня 2015 года. Ньороге вступил в эту должность в ЦБК после двадцатилетней карьеры в Международном валютном фонде в Вашингтоне, округ Колумбия. До своего назначения на пост управляющего Ньороге с декабря 2012года занимал должность советника заместителя Директора-распорядителя МВФ, где в его обязанности входило оказание помощи в курировании взаимодействия МВФ с широким кругом членов МВФ. Он также работал заместителем начальника отдела Финансового департамента МВФ (2006–2012годы), руководителем миссии МВФ в Содружестве Доминики (2005–2006годы) и занимал ряд других должностей с 1995года. До начала своей карьеры в МВФ Ньороге работал экономистом в Министерстве финансов (1993–1994 годы) и специалистом по планированию в Министерстве планирования (1985–1987 годы).Он получил степень доктора экономических наук в Йельском университете (1993 г.), а также степень магистра экономики (1985 г.) и степень бакалавра экономики (1983 г.) в Университете Найроби. К числу профессиональных и научных интересов Ньороге относятся макроэкономика, экономическая политика, международные финансы, экономика развития, эконометрика и денежно-кредитная политика.Второй четырехлетний срок назначения Ньороге начался в июне 2019 года. Генеральный секретарь Антониу Гутерриш назначил его членом Целевой группы ООН по цифровому финансированию в ноябре 2018 года.
Джейла Пазарбашиоглу— директор Департамента по вопросам стратегии, политики и анализа (СПА) МВФ. В этом качестве она руководит работой по определению стратегического направления деятельности МВФ и разработке, реализации и оценке политики Фонда. Она также курирует взаимодействие МВФ с международными организациями, такими как Группа 20-и и Организация Объединенных Наций.

MIL OSI

Проведение Ежегодных совещаний Группы Всемирного банка-МВФ в Марокко перенесено на 2022 год

Source: IMF – News in Russian

5 ноября 2020 г.
Вашингтон, О.К.: Королевство Марокко, Группа Всемирного банка и Международный валютный фонд (МВФ) объявили сегодня о том, что запланированные Ежегодные совещания Группы Всемирного банка-МВФ, которые должны были пройти в г. Mарракеш , Mарокко, в октябре 2021 года, будут перенесены на 12 месяцев до 2022 года из-за пандемии COVID-19.
Ежегодные совещания обычно проводятся два года подряд в штаб-квартирах Группы Всемирного банка (ГВБ) и МВФ в Вашингтоне, О.К., а каждый третий год – в одной из стран-членов. В Ежегодных совещаниях принимают участие представители центральных банков, министерств финансов и развития, руководители частных компаний, представители общественных организаций, СМИ и научных кругов. В их ходе обсуждаются вопросы общемирового значения, включая перспективы мировой экономики, глобальную финансовую стабильность, искоренение бедности, экономический рост, отвечающий интересам всех, и создание рабочих мест, изменение климата и другие. Полный список прежних мест проведения доступен на вебсайте. Ежегодных совещаний.
Информация о Международном валютном фонде
Международный валютный фонд (МВФ) – организация, которая включает 190 стран и ведёт работу, направленную на поощрение глобального сотрудничества в валютной сфере, обеспечение финансовой стабильности, содействие международной торговле, стимулирование высокой занятости и устойчивого экономического роста, а также сокращение бедности в мире. МВФ был создан в 1945 году; он управляется и подотчётен 190 членам, в число которых входят практически все страны мира.
Информация о Группе Всемирного банка
Группа Всемирного банка играет ключевую роль в глобальных усилиях, направленных на искоренение крайней бедности и скорейшее достижение всеобщего благополучия. В её состав входят пять организаций: собственно Всемирный банк, который включает в себя Международный банк реконструкции и развития (МБРР) и Международную ассоциацию развития (МАР); Международную финансовую корпорацию (IFC); Многостороннее агентство по инвестиционным гарантиям (MIGA); и Международный центр по урегулированию инвестиционных споров (МЦУИС). Осуществляя совместную работу более чем в 100 странах, эти организации предоставляют финансирование, консультационную поддержку и другие решения, помогающие странам решать наиболее неотложные задачи в области развития.

Департамент коммуникаций МВФ
ОТДЕЛ ПО СВЯЗЯМ С СМИ
СОТРУДНИК ПРЕСС-СЛУЖБЫ: Randa Elnagar
ТЕЛЕФОН:+1 202 623-7100АДРЕС ЭЛЕКТРОННОЙ ПОЧТЫ: MEDIA@IMF.org

MIL OSI

Как COVID-19 увеличит неравенство в странах с формирующимся рынком и развивающихся странах

Source: IMF – News in Russian

Габриэла Кугат и Футоси Нарита
29 октября 2020 г.
(Фото: IMF Photos )
Экономика стран с формирующимся рынком и развивающихся стран последовательно росла в течение двух десятилетий до начала пандемии COVID-19, что позволило достичь столь необходимых успехов в снижении уровня бедности и увеличении продолжительности жизни. Теперь кризис ставит под угрозу большинство достигнутых результатов и еще больше увеличивает разрыв между богатыми и бедными.
Несмотря на успехи в снижении уровня бедности и увеличении продолжительности жизни, достигнутые до пандемии, многие из этих стран испытывают трудности с сокращением неравенства доходов. В тоже время вних наблюдается устойчиво высокая доля экономически неактивной молодежи (то есть не работающей, не получающей образования или профессиональной подготовки) и широкое неравенство в образовании, а также сохраняются серьезные пробелы в экономических возможностях для женщин. Как ожидается, COVID-19 усугубит неравенство еще сильнее, чем прошлые кризисы, поскольку меры по сдерживанию пандемии несоизмеримо сильнее отразились на уязвимых работниках и женщинах.
В последнем выпуске доклада «Перспективы развития мировой экономики» мы, помимо прочего, исследуем два факта, касающиеся текущей пандемии, чтобы оценить ее влияние на неравенство: возможность человека работать издома и падение ВВП, ожидаемое в большинстве стран мира.
Влияние места работы
Во-первых, возможность работать из дома имела ключевое значение во время пандемии. Недавнее исследование МВФ показывает, что возможностей работать из дома у работников с низкими доходами меньше, чем у лиц свысокими доходами. На основе данных по США мы знаем, что в секторах, работа в которых с большей вероятностью может быть выполнена из дома, наблюдалось меньшее сокращение занятости. В совокупности два этих факта говорят нам о том, что работники с более низкими доходами с меньшей вероятностью могли работать из дома и с большей вероятностью могли потерять работу вследствие пандемии, что ухудшит ситуацию сраспределением доходов.
Во-вторых, мы используем прогнозные данные МВФ по росту ВВП на 2020 год в качестве представительного показателя совокупного сокращения доходов. Мы распределяем это сокращение по группам населения по уровню доходов пропорционально их возможности работать из дома. С помощью этого нового распределения доходов мы рассчитываем сводный показатель распределения доходов (коэффициент Джини) после пандемии COVID за 2020 год для 106 стран, а также рассчитываем его процентное изменение. Чем выше значение коэффициента Джини, тем сильнее неравенство, при этом лица с высокими доходами получают намного больший процент совокупного дохода населения.
Это говорит нам о том, что оцениваемый эффект COVID-19 на распределение доходов гораздо больше, чем от прошлых пандемий. Также это является свидетельством того, что результаты, достигнутые странами с формирующимся рынком и развивающимися странами с низкими доходами со времен мирового финансового кризиса, могут быть полностью перечеркнуты. Анализ показывает, что средний коэффициент Джини для стран с формирующимся рынком и развивающихся стран увеличится до 42,7, что сопоставимо с уровнем 2008 года. Последствия для развивающихся стран с низкими доходами будут более масштабными, несмотря на их более медленный прогресс с 2008 года.

Благосостояние пострадает
Этот рост неравенства в среднем оказывает явное воздействие на благополучие людей. Используя показатель, не связанный с ВВП, мы оцениваем прогресс, достигнутый до начала пандемии, и развитие ситуации в отношении благосостояния, которое можно ожидать в 2020 году. Мы используем показатель благосостояния, который объединяет в себе информацию о росте потребления, продолжительности жизни, времени досуга и неравенстве потребления. На основе этих показателей, в период с 2002 года по 2019 год рост благосостояния в странах с формирующимся рынком и развивающихся странах составлял почти 6 процентов, что на 1,3 процентных пункта выше, чем рост реального ВВП на душу населения, что говорит об улучшении многих аспектов жизни людей. Этот рост в основном связан с увеличением продолжительности жизни.
Вследствие пандемии уровень благосостояния в странах с формирующимся рынком и развивающихся странах может снизиться на 8 процентов, при этом более чем наполовину это снижение связано с непропорциональным изменением уровня неравенства в результате возможности человека работать из дома. Обращаем внимание, что данные оценки не отражают меры по перераспределению доходов после пандемии. Это означает, что страны могут смягчить влияние на уровень неравенства и благосостояния в целом с помощью мер политики.

Что мы можем сделать?
В нашем последнем выпуске доклада «Перспективы развития мировой экономики» мы обозначили некоторые меры политики и меры поддержки пострадавших людей и компаний, которые будут иметь важное значение для предотвращения дальнейшего увеличения неравенства.
Инвестиции в программы переобучения и профессиональной переподготовки могут улучшить перспективы нового трудоустройства для способных кадаптации работников, чьи трудовые обязанности могут претерпеть изменения в долгосрочной перспективе вследствие пандемии. Между тем, расширение доступа к интернету и финансовым услугам будет иметь важное значение для мира труда, где все больше используются цифровые технологии.
Смягчение квалификационных критериев на получение страховки на случай безработицы и предоставление оплачиваемого отпуска по семейным обстоятельствам и по болезни также могут уменьшить воздействие кризиса на рабочие места. Социальная помощь в виде условных денежных трансфертов, продовольственных талонов, а также льготного питания и медицинского обслуживания для малоимущих домашних хозяйств не должна быть отменена преждевременно.
Меры политики, направленные на предотвращение потери с трудом достигнутых результатов, будут играть важную роль в обеспечении более справедливого и богатого будущего после кризиса.
Этот блог опирается на работу, которая проводится в рамках совместного исследования макроэкономической политики в странах с низкими доходами, поддерживаемого Министерством иностранных дел и по делам Содружества (МИД) Соединенного Королевства. Выраженные здесь взгляды не обязательно представляют взгляды МИД.
*****
Габриэла Кугат — экономист в Исследовательском департаменте Международного валютного фонда. В сферу ее исследовательских интересов входят международная макроэкономика, неоднородность домашних хозяйств и неравенство. Она получила кандидатскую степень от Северо-Западного университета и пришла на работу в МВФ в 2019 году.
Футоси Нарита — старший экономист в Исследовательском департаменте МВФ. В сферу его научных интересов входят макроэкономика, финансы и развитие с акцентом на использование микро и нетрадиционных данных длярешения макроэкономических вопросов. Он имеет степень кандидата экономических наук от Миннесотского университета и с 2011 года работает вМВФ. Он работал в Финансовом департаменте, Департаменте стран Африки иДепартаменте по вопросам стратегии, политики и анализа МВФ.

MIL OSI

Семь фактов, которые нужно знать о бюджетных трудностях в странах Ближнего Востока и Центральной Азии

Source: IMF – News in Russian

Две женщины, одна из которых в маске, прогуливаются по Тегерану (Иран). На фоне пандемии COVID-19 бюджетные трудности в странах Ближнего Востока и Центральной Азии усугубились. (фото: FarzadFrames iStock by Getty)Семь фактов, которые нужно знать о бюджетных трудностях в странах Ближнего Востока и Центральной Азии
Авторы — Йета Менкуласи, Сергей Саксонов, Такер Стоун и Лин Чжу Департамент стран Ближнего Востока и Центральной Азии
27 октября 2020 г.
Две женщины, одна из которых в маске, прогуливаются по Тегерану (Иран). На фоне пандемии COVID-19 бюджетные трудности в странах Ближнего Востока и Центральной Азии усугубились. (фото: FarzadFrames iStock by Getty)
Пандемия COVID-19 и последовавший за ней экономический кризис потребовали чрезвычайных мер бюджетной поддержки в условиях падения доходов. Многие страны, которые уже испытывали уязвимость до пандемии, оказались в ситуации неустойчивого бюджета.
Вот семь фактов, которые нужно знать о предстоящих бюджетных трудностях в регионе, на основании последней публикации МВФ «Перспективы развития региональной экономики»:
Для борьбы с пандемией страны приняли различные меры бюджетной политики. Беспрецедентный характер кризиса потребовал быстрых действий. Страны — импортеры нефти в регионе Ближнего Востока и Центральной Азии сосредоточились на повышении расходов на нужды здравоохранения и адресных социальных трансфертов, тогда как для стран — экспортеров нефти приоритетом стали временные сокращения налоговых ставок, предоставление отсрочек по платежам и повышение расходов на другие нужды, такие как частичная оплата труда ради сохранения рабочих мест.

Средний объем ответных мер бюджетной политики в странах Ближнего Востока и Центральной Азии оказался ниже среднего показателя в странах с формирующимся рынком, что в основном связано с ограниченным бюджетным пространством. Медианная величина пакета доходных и расходных мер в странах региона — импортерах нефти в этом году оказалась вдвое больше, чем в странах — экспортерах нефти (2 процента ВВП против 1 процента ВВП). Некоторым странам — экспортерам нефти с устойчивыми системами здравоохранения и социальной защиты не потребовалось наращивать расходы в таких масштабах. Другие же не имели таких возможностей для увеличения расходов — иными словами, имели ограниченное бюджетное пространство. Однако рост расходов был в целом компенсирован за счет сокращения расходов по другим статьям — в частности, на капитальные нужды.
Ожидается рост дефицита бюджета и государственного долга. Регион ощутит на себе влияние расходов на чрезвычайные меры наряду со значительным прогнозируемым снижением доходов. Это особенно заметно в странах — экспортерах нефти, которые также столкнулись с падением спроса и цен на нефть. Как ожидается, доходы таких стран в этом году сократятся примерно на 224 млрд долларов США, что составляет более чем 8 процентов прогнозируемого размера их ВВП. Ожидается также существенное повышение государственного долга. Так, например, в странах региона Ближнего Востока, Северной Африки, Афганистана и Пакистана (БВСАП) прогнозируется, что медианный уровень государственного долга повысится с 64 процентов ВВП в 2019 году до уровня, превышающего 75 процентов к 2022 году, при этом примерно в трети стран он превысит 80 процентов.
Повышение уровня дефицита означает рост потребностей в финансировании. Как ожидается, на фоне роста дефицита бюджета медианные потребности в финансировании стран региона из-за пандемии увеличатся более чем на 4 процента ВВП. В результате совокупные прогнозируемые потребности в финансировании дефицита государственного бюджета возрастут до 613 млрд долларов США в этом год и снизятся до 571 млрд долларов США в 2021 году. Регион БВСАП будет испытывать более серьезные потребности в финансировании, чем страны Кавказа и Центральной Азии (КЦА), так же, как и потребности импортеров нефти будут превышать нужды стран — экспортеров. Кроме того, как ожидается, страны региона БВСАП будут больше полагаться на внутренние ресурсы, тогда как страны КЦА больше опираются на внешнее финансирование.

Повышение уровня долга приведет к разрушению бюджетного пространства и повышению бюджетных рисков. К началу кризиса во многих странах региона, в частности в странах БВСАП — импортерах нефти бюджетное пространство уже было весьма ограниченным или отсутствовало. В силу совокупного воздействия роста долга, увеличения потребностей в финансировании и трудностей с ужесточением бюджетной политики у стран будут ограниченные возможности для поддержки восстановления экономики.
Для поддержания восстановления экономики важнейшее значение будет иметь расширение бюджетного пространства. Учтивая, что COVID-19 все еще представляет серьезную угрозу для государственных систем здравоохранения и для нормализации экономической активности, компании в наиболее пострадавших отраслях, а также уязвимые домохозяйства по‑прежнему будут нуждаться в бюджетной поддержке. Как в таком случае страны смогут оказать необходимое содействие в краткосрочной перспективе и расширить бюджетное пространство в среднесрочной перспективе? Ключевой задачей на ближайшую перспективу станет выбор расходных приоритетов для защиты здравоохранения, образования и уязвимых слоев населения и одновременный возврат к докризисной практике соблюдения налогового законодательства. В среднесрочной перспективе увеличению бюджетного пространства будут способствовать меры в области расходной и доходной части бюджета, направленные на обеспечение равенства и эффективности, такие, как например, более прогрессивная система налогообложения. Государственные органы также должны постепенно сокращать топливные субсидии, ограничивать размер государственного фонда оплаты труда и снижать расходы, не являющиеся приоритетными.

Среднесрочные бюджетные планы и повышение качества государственного управления помогут не только расширить бюджетное пространство, но и смягчить бюджетные риски. Среднесрочный бюджетный план поможет странам отчитаться о полной стоимости мер экономической политики и повысить доверие к запланированным мерам по ужесточению бюджетной политики. Такие планы должны подкрепляться бюджетными правилами, которые устанавливают числовые ограничения на агрегированные бюджетные показатели и обеспечивают устойчивость бюджета в среднесрочной перспективе. Такие правила действуют только в трети стран региона. Наконец, улучшение качества государственного управления и борьба с коррупцией станут важнейшей задачей по мере того, как страны расширяют свое бюджетное пространство и становятся более устойчивыми. Усиление прозрачности может помочь смягчить бюджетные риски, а сокращение масштаба уклонения от налогов и схем оптимизации их уплаты поможет нарастить государственные доходы.
Вставка
Страны Ближнего Востока и Центральной Азии — экспортеры и импортеры нефти
Экспортерами нефти являются 15 стран Ближнего Востока и Центральной Азии (Алжир, Азербайджан, Бахрейн, Иран, Ирак, Йемен, Казахстан, Катар, Кувейт, Ливия, Объединенные Арабские Эмираты, Оман, Саудовская Аравия, Туркменистан, Узбекистан), а импортерами нефти являются 17 стран (Армения, Афганистан, Грузия, Джибути, Египет, Западный берег и сектор Газа, Иордания, Кыргызская Республика, Ливан, Мавритания, Марокко, Пакистан, Сомали, Судан, Сирия, Таджикистан, Тунис).

MIL OSI

Экологические показатели деятельности предприятий в период кризиса

Source: IMF – News in Russian

Пьер Геран, Фабио Наталуччи и Феликс Сунтхайм
26 октября 2020 г.
(Иллюстрация: iStock Design)
В период кризиса лидеров часто призывают «принять вызов». В то время, как компании и их руководители делают все возможное в условиях текущего кризиса в сфере здравоохранения и экономического кризиса, на горизонте уже показался новый кризис. Надвигающийся экологический кризис, померкнувший на фоне экстренной ситуации пандемии, требует от компаний (и всех остальных) принятия мер. Что же предпримут ведущие предприниматели и компании?
В своем последнем аналитическом материале мы рассматриваем прошлые случаи финансовых и экономических потрясений, чтобы оценить возможное влияние текущего кризиса на экологические показатели деятельности предприятий.
С одной стороны, пандемия COVID-19 может повысить осведомленность об экологических рисках и способствовать изменению потребительских предпочтений, действий предприятий и поведения инвесторов, что может привести к ускорению перехода к низкоуглеродной экономике. С другой стороны, существует риск, что ослабевшие в финансовом отношении компании в условиях повышенной экономической неопределенности сократят свои инвестиции в долгосрочные капиталоемкие «зеленые» проекты, что замедлит этот переход.
Прошлое как прогностический фактор
На примере большой международной выборки компаний, зарегистрированных на бирже, за период с 2002 года по 2019 год проведенный нами анализ показывает, что экологические показатели деятельности компаний, испытывающих финансовые трудности, значительно хуже показателей компаний, которые их не испытывают.
Проведенный нами анализ включает различные факторы, которые обычно используются в качестве представительных показателей финансовых трудностей — более мелкие компании без рейтинговой оценки с большей вероятностью столкнутся с финансовыми трудностями, чем более крупные компании с рейтингами. Аналогичным образом, компании, испытывающие финансовые трудности, могут быть менее склонны выплачивать дивиденды. Основным критерием измерения экологических показателей деятельности является оценка, основанная на различных ключевых показателях деятельности, таких как использование ресурсов, сокращение выбросов и совершенствование товаров.
У компаний, которые не выплачивают дивиденды, не имеют рейтинга или имеют меньший размер, оценка экологических показателей деятельности всреднем на 10–30 процентов ниже, чем оценка крупных компаний и компаний, выплачивающих дивиденды, или имеющих рейтинги.
Шок, имеющий серьезные макроэкономические и финансовые последствия, такой как кризис, вызванный пандемией COVID-19, увеличивает неопределенность и подрывает экономическую активность, а такое развитие событий, как правило, усугубляет финансовые трудности компаний. Это, в свою очередь, может негативно отразиться на «зеленых» инвестициях компаний.
Как показано на нашем графике недели, внезапное резкое повышение уровня финансового стресса и неопределенности в мире, сопоставимое со средним уровнем, который преобладал в первой половине 2020 года, ведет к снижению экологических показателей деятельности компаний, нивелируя достижения последнего десятилетия. Важно отметить, что экологические показатели деятельности не восстанавливаются до уровней, существовавших до шока, даже через три года после него. Аналогичным образом, проведенный нами анализ обнаруживает, что, когда объем производства в экономике снизился, тоже самое произошло и с экологическими показателями деятельности компаний.

Текущие представления
Эти результаты имеют важное значение в условиях кризиса COVID-19 и острой необходимости в сокращении выбросов парниковых газов в мире:
Во-первых, отсутствие мер политики в отношении климата, таких как стимулирование «зеленых» инвестиций, о необходимости которого говорится впоследнем выпуске доклада «Перспективы развития мировой экономики», ужесточение финансовых ограничений и неблагоприятные экономические условия могут привести к ухудшению экологических показателей деятельности компаний, снижению объемов «зеленых» инвестиций и потенциальному замедлению перехода к низкоуглеродной экономике. Поэтому для нивелирования любого возможного ухудшения экологических показателей деятельности компаний будет критически важно внедрить меры политики вотношении климата, которые смягчают финансовые трудности компаний и способствуют «зеленым» инвестициям.
Во-вторых, в дополнение к пакетам мер, направленных на экологичное восстановление экономики, важное значение будут иметь меры политики, нацеленные на содействие устойчивому финансированию:
Сопоставимые, последовательные отчеты компаний об экологической ответственности обеспечат более эффективную оценку экологических результатов деятельности компаний. Только тщательное и надлежащим образом стандартизированное представление данных и раскрытие информации позволит инвесторам определить фактическую подверженность компаний финансовым рискам, связанным с климатом.
Важно вселить в инвесторов уверенность в том, что экологическая ответственность — не просто красивая этикетка, а что она говорит олежащих в ее основе решениях относительно ответственных инвестиций. Для достижения этих целей необходимы дальнейшая стандартизация и разъяснение вопросов о том, что представляет собой ответственный инвестиционный фонд.
Международное сотрудничество и совместный подход к реализуемым вмире инициативам имеют крайне важное значение для повышения эффективности усилий и избежания фрагментации рынков активов, отвечающих принципам экологической ответственности. МВФ будет вносить свой вклад в это начинание.
*****
Пьер Геран — экономист в Отделе анализа глобальной финансовой стабильности Департамента денежно-кредитных систем и рынков капитала МВФ. Ранее он работал в Экономическом департаменте ОЭСР и в Департаменте международного экономического анализа Банка Канады. В сферу его научных интересов входят макроэконометрика, международные финансы и экономика энергетики. Пьер имеет докторскую степень по экономике от Института Европейского университета.
Фабио М. Наталуччи — заместитель директора Департамента денежно-кредитных систем и рынков капитала. Он отвечает за «Доклад по вопросам глобальной финансовой стабильности», в котором приводятся результаты проводимой МВФ оценки рисков для мировой финансовой стабильности. Доначала работы в МВФ Фабио занимал должность старшего помощника директора Отдела по валютным вопросам в Совете управляющих Федеральной резервной системы. С октября 2016 года по июнь 2017 года г-н Наталуччи был заместителем помощника секретаря по международной финансовой стабильности и регулированию в Министерстве финансов США. Г-н Наталуччи имеет докторскую степень по экономике от Нью-Йоркского университета.
Феликс Сунтхайм — эксперт по финансовому сектору Отдела анализа глобальной финансовой стабильности в Департаменте денежно-кредитных систем и рынков капитала МВФ. Ранее он работал в экономическом департаменте Службы контроля за проведением финансовых операций Соединенного Королевства. Его исследования посвящены эмпирическим аспектам финансирования предприятий и финансовому посредничеству. Феликс имеет докторскую степень от Университета Боккони, Италия, и диплом по экономике от Боннского университета.

MIL OSI

Страны с формирующимся рынком и страны с пограничной экономикой: инструменты политики во времена финансовых потрясений

Source: IMF – News in Russian

Рохит Гоэль, Димитрис Дракопулос, Фабио Наталуччи и Эван Папагеоргиу
23 октября 2020 г.
(photo: canakat/iStock by Getty Images)
После того, как пандемия COVID-19 нанесла беспрецедентный удар по экономической активности в странах с формирующимся рынком, в 2020 году прогнозируется сокращение их объема производства на 3,3 процента. Центральные банки стран с формирующимся рынком со своей стороны оперативно и решительно приняли столь же беспрецедентные меры. Они сделали это, используя различные инструменты политики, и в значительной степени помогли стабилизировать ситуацию на рынках и поддержать их функционирование.
Практически все центральные банки понизили ставки, большинство провели интервенции на валютных рынках, и почти половина из них сократила норму обязательных резервов для банков, что обеспечило финансовую систему ликвидностью и способствовало смягчению условий кредитования. Центральные банки примерно 20 стран с формирующимся рынком впервые запустили меры количественного смягчения, которые официально известны как программы покупки активов, приобретая государственные облигации и долговые инструменты частного сектора, чтобы снизить уровень стресса и поддержать функционирование рынков. Как показывает проведенный нами анализ, представленный в «Докладе по вопросам глобальной финансовой стабильности» эти программы покупки активов в целом оказались эффективными, в том числе оказали содействие в стабилизации местных финансовых рынков.

Первое количественное смягчение в странах с формирующимся рынком
Причины, по которым центральные банки стран с формирующимся рынком вводили меры количественного смягчения, различались в разных странах. Как показано на графике ниже, эти покупки активов можно объединить в три группы в зависимости от целей политики. Во-первых, центральные банки, директивные ставки которых находились значительно выше нулевого уровня, как правило, использовали покупки активов в качестве инструмента улучшения функционирования рынка облигаций (Индия, Филиппины, Южная Африка). Во-вторых, центральные банки, чьи директивные ставки были ближе к «нулевой нижней границе» (Венгрия, Польша, Чили) отчасти пытались следовать курсу, аналогичному курсу центральных банков стран с развитой экономикой, которые использовали меры количественной адаптации для смягчения финансовых условий и обеспечения дополнительного денежно-кредитного стимулирования, а также для целей, связанных с функционированием рынка и ликвидностью. И в-третьих, некоторые центральные банки открыто заявили, что одной из их целей было временное снижение нагрузки на государственные финансы вследствие пандемии (Гана, Гватемала, Индонезия и Филиппины).

Помогли ли покупки активов?
Как показывает проведенный нами анализ, почти за шесть месяцев действия мер количественного смягчения эти покупки оказали в целом положительное влияние на местные финансовые рынки. Важно отметить, что это было верно даже с учетом снижения директивных ставок, дополнительных крупномасштабных покупок активов Федеральной резервной системой и активного восстановления склонности к риску в мире. В частности, покупки активов центральными банками стран с формирующимся рынком помогли снизить доходность государственных облигаций без сопутствующего снижения курса местных валют. Также они помогли постепенно снизить напряженность на локальных рынках.

Расширение набора инструментов политики
После окончания текущей пандемии положительный опыт покупок активов может побудить еще больше центральных банков стран с формирующимся рынком рассмотреть нетрадиционные меры денежно-кредитной политики в качестве ключевой составляющей их инструментария, особенно в случае ограниченности традиционных возможностей политики. Покупки активов могут быть целесообразны для некоторых центральных банков, в зависимости от существующей рыночной конъюнктуры и их способности успешно их реализовать.
Однако директивным органам следует учитывать как преимущества, так и возможные значительные издержки количественного смягчения. Если покупки активов, особенно бессрочных и в крупных масштабах, будут регулярно применяться в будущем, то может возникнуть ряд рисков: может ослабнуть доверие к институтам и центральному банку, может усилиться риск оттока капитала, особенно в странах с более слабыми основными экономическими показателями, а у инвесторов могут возникнуть опасения относительно подчинения денежно-кредитной политики бюджетным соображениям. Эти риски необходимо взвесить, прежде чем центральные банки начнут менять свою политику и приступят к ее реализации.
Еще многое предстоит сделать
В целом программы покупки активов в странах с формирующимся рынком могут быть полезны, однако необходимо провести дальнейшую оценку по мере получения новых данных об их эффективности, особенно в случае продолжения этих покупок.
Сейчас уже появляются некоторые выводы: покупки активов оказываются более эффективны при использовании в составе более широкого пакета мер макроэкономической политики. Прозрачность и предоставление четкой информации имеют критически важное значение для сведения к минимуму рисков подрыва доверия к центральным банкам, проводящим покупки активов, особенно в странах с более слабой институциональной основой. В большинстве случаев программы покупки активов должны иметь ограниченные продолжительность и масштаб, а также должны быть привязаны к четким целям. Наконец, желательно, чтобы покупки совершались на вторичных рынках, поскольку покупки на первичном рынке или по ценам ниже рыночных могут повлиять на процесс определения справедливой стоимости облигаций. Покупки на первичном рынке могут также вызвать опасения относительно того, что центральные банки пожертвуют реализацией поставленной перед ними задачи обеспечения ценовой стабильности ради финансирования операций правительства (подчинение денежно-кредитной политики бюджетным соображениям). 
*****
Рохит Гоэль — эксперт по вопросам финансового сектора в Департаменте денежно-кредитных систем и рынков капитала МВФ. Он является одним из авторов разделов «Доклада по вопросам глобальной финансовой стабильности» (глава 1) и членом группы Фонда по надзору за рынками. Он занимается глубоким изучением вопросов, связанных с рисками для финансовой стабильности в странах с формирующимся рынком, динамикой рыночной ликвидности и количественным моделированием между классами активов. Ранее его работа также была связана с вопросами стабильности корпоративного сектора в США и анализом глобального банковского сектора. До прихода в МВФ Рохит четыре года работал помощником вице-президента и пишущим аналитиком в компании Barclays Asia Equities. Рохит имеет степень бакалавра технических наук в области компьютерных наук от Индийского технологического института в Дели и MBA от Индийского института управления в Бангалоре. Он также является дипломированным финансовым аналитиком и имеет сертификаты CAIA и FRM.
Димитрис Дракопулос — эксперт по вопросам финансового сектора в Департаменте денежно-кредитных систем и рынков капитала МВФ.
Фабио М. Наталуччи — заместитель директора Департамента денежно-кредитных систем и рынков капитала. Он отвечает за «Доклад по вопросам глобальной финансовой стабильности», в котором приводятся результаты проводимой МВФ оценки рисков для мировой финансовой стабильности. До начала работы в МВФ Фабио занимал должность старшего помощника директора Отдела по валютным вопросам в Совете управляющих Федеральной резервной системы. С октября 2016 года по июнь 2017 года г-н Наталуччи был заместителем помощника секретаря по международной финансовой стабильности и регулированию в Министерстве финансов США. Г-н Наталуччи имеет докторскую степень по экономике от Нью-Йоркского университета.
Эван Папагеоргиу — заместитель начальника Отдела мониторинга и анализа рынков в Департаменте денежно-кредитных систем и рынков капитала МВФ. Он является одним из авторов материалов в «Докладе по вопросам глобальной финансовой стабильности», касающихся стран с формирующимся рынком, суверенного кредитного риска, рынков инструментов с фиксированным доходом и устойчивого финансирования. До этого он был сотрудником Отдела Скандинавских стран Европейского департамента МВФ, где он работал над материалами по макропруденциальной политике, сбережениям домашних хозяйств и проблемам внешнего сектора. До прихода в МВФ Эван был специалистом по стратегиям реализации инструментов с фиксированным доходом в Нью-Йорке и Лондоне и специализировался на вопросах процентных ставок и валютных курсов в странах с формирующимся рынком. Он получил докторскую степень по исследованиям операций и разработке финансовых инструментов в Принстонском университете.

MIL OSI