Укрепление экономических институтов для уверенного восстановления экономики

Source: IMF – News in Russian

(Фото: metamorworks/iStock by Getty Images)
Антуанетт Сайех
15 июня 2020 г.
Исключительные времена требуют исключительных действий. В ответ на пандемию COVID-19 МВФ оказывает странам беспрецедентную по оперативности и масштабам финансовую поддержку, чтобы помочь им защитить жизни людей и средства к существованию. Однако одной финансовой помощи будет недостаточно для экономической стабилизации и устойчивого восстановления. Чтобы добиться прочного восстановления, директивным органам потребуется укрепить экономические институты, позволяющие проводить устойчивую к потрясениям и инклюзивную политику.
Соединение развития потенциала с финансовой поддержкой
Правительствам сегодня приходится принимать трудные решения относительно экономической политики, но многие из них не имеют прочной экономической базы и технических знаний для разработки и реализации необходимых мер. Возьмем пример воздействия COVID-19 на национальные бюджеты, включая огромные потребности в расходах, потери государственных доходов и увеличение долга. Это еще более усложняет достижение Целей в области устойчивого развития, особенно для наиболее нестабильных и уязвимых стран.
В связи с этим МВФ в режиме реального времени предоставляет рекомендации по вопросам экономической политики и поддержку в развитии потенциала непосредственно более чем 160 странам для решения неотложных проблем, в частности в областях управления денежными средствами, финансового надзора, кибербезопасности и экономического управления. Продолжающиеся прямые обсуждения с директивными органами стран по вопросам развития потенциала для решения этих проблем всегда тесно взаимосвязаны с финансовой поддержкой МВФ. На сегодняшний день более 90 процентов стран, обратившихся с просьбами о предоставлении экстренного финансирования для борьбы с пандемией, также получили поддержку в развитии потенциала в виде прикладных технических рекомендаций, практических инструментов и подготовки кадров в вопросах экономической политики.
Укрепление государственных финансов и управления долгом
Обеспечение бесперебойной деятельности и защита потоков доходов имеют решающее значение в усилиях правительств по быстрой мобилизации и поддержанию внутренних ресурсов. В условиях, когда страны наращивают чрезвычайные расходы, им также важно обеспечить прочные институциональные основы и надлежащее управление, с тем чтобы деньги быстро доходили до тех, кто больше всего в них нуждается, особенно когда речь идет о расходах на здравоохранение и системы социальной защиты. МВФ сотрудничает с налоговыми ведомствами и бюджетными управлениями во многих странах, с тем чтобы помочь им восстановить работу и усилить поддержку предприятий и физических лиц без ущерба для защитных механизмов и подотчетности. 
Еще более трудная задача стоит перед директивными органами в области управления долгом вследствие ухудшившихся бюджетных позиций и возросшей стоимости финансирования. МВФ предоставил немедленное облегчение бремени обслуживания долга 27 из наших беднейших стран-членов и, совместно с Всемирным банком, выступил с призывом к крупнейшим двусторонним кредиторам ввести мораторий на платежи по обслуживанию долга для беднейших стран. Управляющие долгом во всем мире сталкиваются с проблемами стратегического планирования, учета и управления в условиях пандемии  COVID-19 — и работают с техническими экспертами МВФ над пересмотром и обновлением своих стратегий и систем управления долгом. Важным элементом этого процесса являются данные, поскольку они позволяют получать ключевую информацию для оценки кризисной ситуации и связанных с ней потребностей в финансировании. Для рационального управления долгом статистика имеет решающее значение. Были также подготовлены короткие «микроуроки» в форме видео на канале Института МВФ, IMF Institute’s YouTube Channel, для содействия в решении проблем данных о долге государственного сектора.
В условиях, когда правительства начинают осторожно возобновлять функционирование экономики, более прочные экономические институты позволят им лучше оценить проблемы, вызванные пандемией, и вернуться к работе над направлениями политики, способствующими расширению возможностей для всех людей в их странах, таких как преодоление неравенства, меры в отношении климата и использование преимуществ цифровых технологий.
Продолжение тесного взаимодействия
Все мы сейчас держим путь по неизведанной территории, перестраиваясь на новые формы работы. МВФ осознает это, создавая виртуальные платформы для содействия обмену знаниями, в том числе трекер политики, в котором отражаются меры, принимаемые 196 странами для борьбы с воздействием COVID-19. Опираясь на опыт нескольких десятилетий работы со странами, мы выпустили 45 публикаций специальной серии, содержащих практические рекомендации для стран по конкретным аспектам связанных с кризисом проблем экономической политики. Мы увеличили число бесплатных онлайновых курсов с целью расширения глобального доступа к экспертным знаниям МВФ по таким темам, как разработка и проведение налогово-бюджетной политики, расширение доступа к финансовым услугам и макроэкономическое управление. МВФ также использует свою глобальную сеть региональных центров развития потенциала для быстрого реагирования на возникающие потребности стран и обеспечения более тесной координации действий с партнерами по развитию. 
Как бывший руководитель экономического ведомства я по собственному опыту знаю, какую важную роль могут играть экономические институты в формировании политики, затрагивающей жизнь простых людей. Кропотливая задача укрепления экономических основ — работа малоприметная, но способная оказать наибольшее влияние в долгосрочной перспективе на экономическое и социальное благополучие людей. В то время, когда мир выходит из «Великой самоизоляции», директивные органы и их партнеры по развитию должны считать формирование более надежных и устойчивых институтов одной из своих приоритетных задач.
*****
Антуанетт Сайех  (ссылка на биографию)

Департамент коммуникаций МВФ
ОТДЕЛ ПО СВЯЗЯМ С СМИ
СОТРУДНИК ПРЕСС-СЛУЖБЫ:
ТЕЛЕФОН:+1 202 623-7100АДРЕС ЭЛЕКТРОННОЙ ПОЧТЫ: MEDIA@IMF.org

MIL OSI

Храбрость под натиском огня — меры политики в странах с формирующимся рынком и развивающихся странах в ответ на пандемию COVID-19

Source: IMF – News in Russian

(Фото: CHINE NOUVELLE/SIPA/NEWSCOM)
Мартин Мюлейзен, Владимир Клюев, Сара Санья
11 июня 2020 г.
Вызванный коронавирусом кризис не похож ни на какие другие, и он подтолкнул страны с формирующимся рынком и развивающиеся страны (СФРР) к проведению уникальных ответных мер как по сфере охвата, так и по масштабам.
Несмотря на их разнообразие и в некоторых случаях ограниченность ресурсов, входящие в эту крупную группу страны с формирующимся рынком и страны с низкими доходами добились более широкого предоставления услуг здравоохранения и оказали беспрецедентную поддержку домашним хозяйствам, компаниям и финансовым рынкам. Вследствие ограниченности пространства для маневра в политике ответные меры были менее масштабными, чем в странах с развитой экономикой, но некоторые из этих государств смогли даже оказать помощь другим странам.
Совершенно новый мир
По мере разрушительного воздействия пандемии COVID-19 на мировую экономику уровень экономической активности в СФРР снижался такими темпами, каких не наблюдалось по крайней мере за последние 50 лет. Несколько стран испытывают резкое сокращение потоков торговли и капитала, а также влияние беспрецедентного падения цен на нефть и другие биржевые товары. Произошло широкое снижение рейтингов суверенных заемщиков.
В системе индикаторов мер политики МВФ в сводной форме представляются основные меры политики, предпринимаемые в ответ на пандемию COVID-19, и в рамках этих ответных мер обнаруживаются некоторые общие направления.
Налогово-бюджетная политика для спасения жизней и благополучия
Налогово-бюджетная политика играла первоочередную роль в ответных мерах политики в СФРР. В этой группе стран кризис здравоохранения вызывает необходимость в масштабных расходах на систему здравоохранения, хотя это увеличение расходов затмевается тем, какой объем ресурсов требуется для поддержки экономики в более общем плане. В этих странах предоставляются кредиты, гарантии и налоговые льготы для корпораций и МСП, оказывается поддержка уязвимым домашним хозяйствам за счет увеличения пособий по безработице и субсидирования цен на коммунальные услуги.

Финансирование этих новых мер обеспечивалось за счет различных источников, включая займы, расходование буферных резервов, перераспределение средств в рамках существующих бюджетов и многостороннюю поддержку.
Некоторые страны вошли в этот кризис в уязвимом состоянии, уже имея вялый рост, высокий уровень долга и ограниченное бюджетное пространство, которое могло бы быть задействовано для поддержки системы здравоохранения и ослабевающей экономики. Согласно оценке в рамках используемой МВФ основы устойчивости долговой ситуации, примерно половина всех стран с низкими доходами еще до кризиса считались находящимися в критической ситуации, связанной с задолженностью, или имели высокий риск возникновения такой ситуации. Частично вследствие этих ограничений совокупные дискреционные налогово-бюджетные меры в ответ на шок были меньшими (но, тем не менее, имеющими значительные размеры) и в странах с формирующимся рынком, и в странах с низкими доходами, и сумма дополнительных расходов и сокращений налогов в них в составили, соответственно, 2,8 и 1,4 процента ВВП по сравнению с 8,6 процентами ВВП в странах с развитой экономикой.
Денежно-кредитная поддержка и поддержка финансового сектора — якорь для стабильности
Центральные банки СФРР смягчали воздействие шока на кредитные условия за счет снижений директивной ставки и вливаний ликвидности. В отличие от предыдущих эпизодов, когда отмечалось давление в сторону оттока капитала, в том числе на начальной стадии мирового финансового кризиса, большинство стран с формирующимся рынком снижали директивные ставки (в большинстве случаев на 50 базисных пунктов или более), а не повышали их. Это можно отнести на счет более низкого инфляционного давления и в целом вызывающих большее доверие основ денежно-кредитной политики.

Как и многие страны с развитой экономикой, некоторые страны с формирующимся рынком почти не имеют возможности дальнейшего снижения процентных ставок и используют в ответ на сложившиеся обстоятельства «нетрадиционные меры денежно-кредитной политики», такие как покупка государственных и корпоративных облигаций.
Чтобы предоставить банкам возможность оказывать более значительную поддержку экономики во время пандемии, были ослаблены нормативные ограничения, в том числе в отношении ликвидности и классификации кредитов.
Кроме того, в некоторых странах, включая Китай и Колумбию, были ослаблены отдельные макропруденциальные меры — ограничения на кредитование и заимствование, введенные для сдерживания чрезмерного роста ссуд и накопления системного риска в финансовом секторе, которое может происходить в благоприятных экономических условиях. В настоящее время это ослабление может поддерживать предоставление кредита наиболее пострадавшим физическим лицам и секторам экономики.
Сохранение гибкости
В ответ на давление в сторону оттока средств и на повышение степени неприятия риска произошло снижение курсов валют СФРР, для которых действуют гибкие режимы обменного курса, — в некоторых случаях более чем на 25 процентов.
Многие страны воспользовались своими буферными резервами, чтобы компенсировать часть этого давления, проводя интервенции на валютном рынке и расходуя свои международные резервы. Несколько стран ослабили действовавшие ограничения на приток капитала, в то время как обращение к мерам сдерживания оттока капитала было очень ограниченным.

Использование цифровых технологий — средство помощи длязащиты уязвимых
В таких странах, как Боливия и Индонезия, цифровые технологии используются для противодействия внезапным экономическим затруднениям домашних хозяйств и малых и средних предприятий, а также в целях ограничения распространения заболевания, способствуя применению безналичных платежей. В других странах, таких как Колумбия и Кения, обеспечивается доступное пользование цифровыми услугами (за счет смягчения ограничений на доступ к интернету) и финансовыми услугами (мобильные деньги и сборы за электронные платежи). В Замбии через цифровую платформу предоставляются субсидии мелким фермерам.
«Цифровые решения помогли направить помощь уязвимым и повышают действенность традиционных мер макроэкономической политики».
Урегулирование перебоев в поставках
Поскольку пандемия и продолжительная самоизоляция нанесли удар по глобальным цепям поставок, многие страны предприняли меры для обеспечения продовольственной безопасности и бесперебойного доступа к медицинским средствам, главным образом на временной основе. Например, в нескольких странах были введены меры контроля над ценами и приняты нормативные акты, запрещающие манипулирование ценами на основные продукты питания и медицинские средства. В нескольких странах были ослаблены ограничения на импорт. К сожалению, в ряде случаев были введены ограничения на экспорт продовольствия и фармацевтической продукции.
Международная солидарность — помощь странам в достижении больших результатов
В ответ на шок, вызванный COVID-19, была введена в действие и усилена глобальная система финансовой безопасности. ФРС США создала новые линии свопов с центральными банками ряда крупных стран с развитой экономикой и стран с формирующимся рынком.
Возглавляемая Группой 20-ти инициатива долгового моратория и финансовая помощь со стороны МВФ и других организаций помогают СФРР справиться с возникшими трудностями. МВФ оперативно предоставил экстренную помощь более чем 60 странам. Кроме того, с увеличением спроса на ликвидные средства МВФ недавно создал новую линию краткосрочной поддержки ликвидности (СЛЛ) в рамках своих мер в ответ на COVID-19 для расширения  своего кредитного инструментария. Помимо этого, масштабное предоставление ликвидности центральными банками основных стран с развитой экономикой, хотя оно в первую очередь было направлено на улучшение внутренних финансовых условий, в то же время смягчило давление на страны с формирующимся рынком и развивающиеся страны.
При этом СФРР также оказывают помощь друг другу и другим нуждающимся странам. В частности, региональные банки развития предоставляют поддержку предприятиям частного сектора, финансированию торговли и способствуют бесперебойному доступу к медицинским средствам. Среди примеров двусторонней помощи — Албания, направившая группу врачей в Италию, и Вьетнам, безвозмездно предоставивший медицинские средства соседним странам, а также странам с развитой экономикой.
СФРР сильно пострадали от шока COVID-19 и реакции рынка, которую этот шок спровоцировал. Анализ в рамках созданной МВФ системы индикаторов мер политики показывает исключительность ответных мер политики, подкрепляемых инновациями и международным сотрудничеством. В этой беспрецедентной и быстро развивающейся ситуации государства могут извлечь пользу из опыта других сопоставимых стран, а МВФ привержен задаче сбора и распространения информации о передовой практике и включения этих данных в собственный анализ, чтобы и далее оказывать помощь своим странам-членам.
*****
Мартин Мюлейзен — директор Департамента стратегии, политики и анализа (СПА) МВФ. В этом качестве он руководит работой по определению стратегического направления деятельности МВФ и разработке, реализации и оценке политики Фонда. Он также курирует взаимодействие МВФ с международными организациями, такими как Группа 20-ти и ООН.
Владимир Клюев — заместитель начальника Отдела макроэкономической политики в Департаменте стратегии, политики и анализа. В течение своей карьеры в МВФ он вел работу по различным странам с развитой экономикой, странам с формирующимся рынком и странам с низкими доходами. Он также несколько лет был сотрудником Исследовательского департамента МВФ, работая над вопросами многостороннего характера. Г-н Клюев является автором целого ряда теоретических и эмпирических статей и работ по таким разнообразным темам, как валютные механизмы, сбережения домашних хозяйств и режимы целевых показателей инфляции. Он имеет докторскую степень по политической экономии и государственному управлению Гарвардского университета.
Сара Санья — экономист в Департаменте стратегии, политики и анализа МВФ. В настоящее время она занимается разработкой и анализом реализации мер макроэкономической политики в странах-членах МВФ. За время своей профессиональной деятельности в МВФ она работала над проблемами разнообразной группы стран. Ее публикации и исследования посвящены темам послекризисного восстановления, макрофинансовой политики и системного риска. С 2017 по 2019 год она работала во Всемирном банке в качестве странового экономиста по Кении. Г-жа Санья имеет степень магистра и доктора от Саутгемптонского университета в Соединенном Королевстве.

Департамент коммуникаций МВФ
ОТДЕЛ ПО СВЯЗЯМ С СМИ
СОТРУДНИК ПРЕСС-СЛУЖБЫ:
ТЕЛЕФОН:+1 202 623-7100АДРЕС ЭЛЕКТРОННОЙ ПОЧТЫ: MEDIA@IMF.org

MIL OSI

Как Великая самоизоляция спасла жизни

Source: IMF – News in Russian

(Фото: IPA/ABACA/Newscom)
Прагьян Деб, Давиде Фурчери, Джонатан Д. Остри и Нур Таук
2 июня 2020 г.
Со времени первых сообщений о вспышке COVID-19 в китайском городе Ухань в конце декабря 2019 года болезнь распространилась более чем на 200 стран и территорий. В отсутствие вакцины или действенного способа лечения органы государственного управления во всем мире отреагировали путем введения беспрецедентных мер сдерживания распространения заболевания и смягчения его последствий, создавших «Великую самоизоляцию». Это, в свою очередь, привело к крупным экономическим потерям краткосрочного характера и такому снижению мировой экономической активности, которое не наблюдалось со времен Великой депрессии. Сработали ли эти меры?
Проведенный нами анализ, основанный на глобальной выборке, указывает на то, что меры сдерживания сыграли действенную роль в сглаживании «кривой пандемии» за счет уменьшения мобильности. Например, строгие меры сдерживания, введенные в Новой Зеландии, — ограничения на собрания и общественные мероприятия, когда в стране были лишь единичные случаи заболевания, с последовавшим за этим в течение лишь нескольких дней закрытием школ и мест работы, а также предписаниями оставаться дома, — все это, вероятно, уменьшило количество смертельных случаев более чем на 90 процентов по сравнению с базисным сценарием без мер сдерживания. Иными словами, результаты указывают на то, что в такой стране, как Новая Зеландия, в отсутствие строгих мер сдерживания количество подтвержденных смертей от COVID-19 было бы по крайней мере в десять раз больше.

Значительную роль в сглаживании кривой играла степень оперативности, с какой в стране принимались меры вмешательства и сдерживания после существенного всплеска заболевания, — время реагирования общественной системы здравоохранения, как принято называть этот показатель в эпидемиологии. В тех странах, где быстрее были введены меры сдерживания (например, во Вьетнаме), было засвидетельствовано уменьшение среднего количества заражений и смертей, на 95 и 98 процентов, соответственно. Это, в свою очередь, заложило фундамент для роста в среднесрочной перспективе.

Влияние мер сдерживания также различалось в зависимости от особенностей стран и социальных характеристик. Воздействие было сильнее в странах, где холодная погода во время вспышки привела к более высоким показателям заражения и где население является более пожилым и потому более уязвимо для заражения. С другой стороны, наличие надежной системы здравоохранения и меньшая плотность населения способствовали большей действенности стратегий сдерживания и смягчения последствий, облегчая их осуществление и контроль за соблюдением. Играла роль также реакция гражданского общества на официально введенные ограничения. В странах, где меры изоляции привели к уменьшению мобильности и потому большему социальному дистанцированию, отмечалось более существенное уменьшение количества заражений и смертей от COVID-19.

И наконец, мы исследовали, зависит ли эффект сдерживания от вида применявшихся мер. Многие из этих мер были введены одновременно в рамках ответных действий стран для ограничения распространения вируса, поэтому затруднительно выделить наиболее действенную из мер. Тем не менее наши результаты указывают на то, что, хотя все меры внесли свой вклад в значительное уменьшение количества случаев заболевания и смерти от COVID‑19, относительно более эффективными оказались предписания не выходить из дома.
Наши эмпирические оценки дают разумное представление о влиянии мер сдерживания на заражения и смертность и служат утешительным свидетельством того, что Великая самоизоляция, несмотря на вызванные ей огромные краткосрочные экономические потери, позволила спасти сотни тысяч жизней. В конечном счете ход мирового кризиса здравоохранения и судьба мировой экономики неразрывно переплетены — борьба с пандемией необходима для того, чтобы экономика снова перешла в стадию подъема.
*****
Прагьян Деб — гражданин Индии, экономист в Департаменте по вопросам стратегии, политики и анализа МВФ, работает в сфере мер политики кредитования МВФ и по вопросам стран с формирующимся рынком. Он также входит в группу, занимающуюся программой МВФ в Монголии. Ранее в МВФ он работал по самым различным странам, таким как Эстония, Латвия, Финляндия и Саудовская Аравия, и участвовал в многостороннем надзоре, работая над подготовкой аналитических глав Доклада по вопросам глобальной финансовой стабильности. До поступления на работу МВФ он занимался вопросами макропруденциальной политики и банковского регулирования в Банке Англии. Он имеет докторскую степень по финансам Лондонской школы экономики.
Давиде Фурчери — заместитель начальника отдела в Исследовательском департаменте МВФ. Он имеет степень доктора экономических наук Университета Иллинойса. До прихода в МВФ работал экономистом в Отделе налогово-бюджетной политики в Европейском центральном банке и в Отделе макроэкономического анализа Экономического департамента ОЭСР. Он является автором большого числа публикаций в ведущих научных и ориентированных на разработку политики журналах по широкому кругу вопросов в области макроэкономики, государственных финансов, международной макроэкономики и структурных реформ.
Джонатан Д. Остри — заместитель директора Департамента стран Азиатско‑Тихоокеанского региона в Международном валютном фонде и научный сотрудник Центра исследований экономической политики (CEPR). Среди занимаемых им в последнее время должностей — руководитель групп персонала МВФ по таким направлениям работы, как проведение тестирования системы раннего реагирования в рамках МВФ-СФС по оценке глобальных системных макрофинансовых рисков; тестирование уязвимости в странах с развитой экономикой и странах с формирующимся рынком; многостороннее наблюдение за валютными курсами, в том числе работа Консультативной группы МВФ по валютным курсам и оценка внешнеторгового баланса; международная финансовая архитектура и реформа кредитного инструментария МВФ; управление счетом операций с капиталом (меры контроля за движением капитала и пруденциальные меры управления притоком капитала) и вопросы глобализации финансового рынка; вопросы устойчивости государственных финансов; связь между неравенством по доходам и экономическим ростом. В прошлом он занимал различные руководящие должности, в том числе возглавлял отдел, занимающийся подготовкой издания «Перспективы развития мировой экономики» — основной публикации МВФ по результатам многостороннего анализа, а также руководил группами сотрудников, работающими по таким странам, как Австралия, Новая Зеландия, Сингапур и Япония. Г-н Остри является автором целого ряда книг по вопросам международной макроэкономической политики и многочисленных статей в научных журналах. Среди его последних книг — Taming the Tide of Capital Flows (MIT Press, 2017) и Confronting Inequality (Columbia University Press, 2018). Его работы широко цитируются в печатных и электронных средствах массовой информации, в том числе в BBC, The Economist, Financial Times, Wall Street Journal, New York Times, Washington Post, Business Week и National Public Radio. Его работу по вопросам неравенства и неустойчивого роста также цитировал в своём выступлении президент Барак Обама. Он получил степень бакалавра (с отличием) Университета Квинс (Канада) в возрасте 18 лет, после чего он получил степень бакалавра и магистра Оксфордского университета (Баллиол‑колледж) и постдипломные степени Лондонской школы экономики (магистр, 1984 год) и Университета Чикаго (докторская степень, 1988 год). Он вошел в справочник “Who’s Who in Economics” (2003 год).

Нур Таук – гражданка Ливана, экономист в Департаменте стран Азиатско-Тихоокеанского региона МВФ, участвует в подготовке издания «Перспективы развития региональной экономики». До этого она работала в Департаменте денежно-кредитных систем и рынков капитала МВФ, занимаясь Докладом по вопросам глобальной финансовой стабильности, и в Региональном отделении МВФ по Азиатско-Тихоокеанскому региону в Токио (Япония). Среди ее исследовательских интересов и публикаций — меры политики стран с формирующимся рынком в ответ на потоки капитала, вторичные эффекты нетрадиционных мер денежно-кредитной политики и системные колебания двусторонних обменных курсов. Она имеет докторскую степень по экономике Университета Кэйо в Токио (Япония).

Департамент общественных коммуникаций МВФ
ОТДЕЛ ПО СВЯЗЯМ С СМИ
СОТРУДНИК ПРЕСС-СЛУЖБЫ:
ТЕЛЕФОН:+1 202 623-7100АДРЕС ЭЛЕКТРОННОЙ ПОЧТЫ: MEDIA@IMF.org

MIL OSI

Прямые инвесторы должны уделять больше внимания физическому риску изменения климата

Source: IMF – News in Russian

Феликс Сунтхайм и Жером Ванденбюш
29 мая 2020 г.
(фото: Wollwerth/iStock by Getty Images)
Ущерб от наводнений в Таиланде в 2011 году составил около 10 процентов от ВВП Таиланда без учета всех косвенных издержек вследствие падения экономической активности внутри страны и за рубежом. По некоторым оценкам, совокупные издержки от пожаров в Калифорнии в 2018 году составили до 350 млрд долларов США, или 1,7 процента от ВВП США. Ежегодно климатические катастрофы становятся причиной человеческих страданий, а также наносят крупный экономический и экологический ущерб. По оценкам, за последние десять лет прямой ущерб от таких катастроф возрастал в среднем примерно на 1,3 трлн долларов США (или примерно 0,2% от мирового ВВП) в год.
Поскольку ученые предупреждают, что глобальное потепление повысит частоту исуровость таких экстремальных погодных явлений, в последнем Докладе повопросам глобальной финансовой стабильности МВФ исследуется влияние физического риска изменения климата (гибели людей и потери имущества, а также дестабилизации экономической деятельности) на финансовую стабильность, и делается вывод о том, что прямые инвесторы могут недостаточно адекватно оценивать эти риски. Пандемия COVID-19 показывает, насколько быстрой и масштабной может быть дестабилизация экономической деятельности (даже в случае известных типов рисков), и акцентирует важность обеспечения готовности и адекватной оценки рисков.  
 
Некоторые уроки прошлого
Из-за своей центральной роли в финансовых системах фондовые рынки хорошо подходят для анализа последствий физических рисков изменения климата для финансовой стабильности посредством оценки влияния на совокупные рыночные индексы и конкретно на финансовый сектор.
Изучив около 350 крупных климатических катастроф, произошедших за последние 50 лет (на выборке из 68 экономик, доля которых составляет 95процентов мирового ВВП), наша группа пришла к выводу, что в среднем их воздействие носило умеренный характер: котировки акций банков понижались на2 процента, а рынок в целом терял 1 процент. В десяти процентах случаев воздействие на рынок в совокупности составляло более 14 процентов, что указывает на то, что некоторые климатические катастрофы могут оказывать значительное влияние на финансовую стабильность. Например, в 2005 году ураган Катрина, ущерб от которого в абсолютном выражении был наибольший внашей выборке (1 процент от ВВП США), не оказал ощутимого влияния на индекс фондового рынка США. В отличие от этого, наводнения в Таиланде в2011году, нанесшие крупнейший ущерб относительно размера экономики, спровоцировали падение фондового рынка на 30 процентов за 40 дней.
Многое зависит от особенностей конкретной страны. Страны с более широкими бюджетными возможностями смогут принять оперативные меры по ликвидации катастрофы в виде финансовой помощи и помощи в восстановлении. Кроме того, развитые механизмы распределения рисков, такие как страхование, снижают или перераспределяют убытки от катастроф и ограничивают их влияние на курсы акций на внутреннем рынке.
 
Будущий риск и текущие оценки
Ожидается, что изменение климата повысит вероятность и серьезность многих опасностей, связанных с климатом, таких как наводнения, периоды аномальной жары и засухи, подвергая экономики и финансовые рынки более серьезным шокам. Оценка этого повышения физического риска представляет сложную задачу для прямых инвесторов, которым необходимо оценить вероятность различных климатических сценариев и их последствий для физического риска науровне компании на основе данных науки о климате, а также ожидаемые шаги по его снижению и регулированию. Кроме того, временной горизонт этих изменений может быть даже длиннее, чем тот, в масштабах которого привыкли мыслить долгосрочные институциональные инвесторы.
Ретроспективно рассмотрев показатели курсов акций в разных странах за 2019год, всвоем исследовании мы обнаружили, что они не отражают ни один изшироко обсуждаемых сценариев глобального потепления и связанных с ними прогнозируемых изменений возникновения опасности или физического риска. Вдальнейшем такое явное отсутствие внимания может быть серьезным источником рыночного риска.
 
Что могут сделать директивные органы
Текущая пандемия COVID-19 служит напоминанием о том, что готовность к кризису и способность к восстановлению крайне важны для управления рисками, исходящими от весьма непредсказуемых событий, которые могут иметь чрезвычайно серьезные экономические и гуманитарные последствия.
Как было упомянуто выше, расширение доступности страхования и укрепление общей финансовой стабильности государства может уменьшить влияние климатических катастроф и, таким образом, снизить риски для финансовой стабильности.
Важным шагом к сохранению финансовой стабильности также может быть разработка глобальных стандартов обязательного раскрытия информации офизических рисках изменения климата. Детальная информация о текущих и будущих рисках и факторах уязвимости конкретных компаний перед климатическими потрясениями поможет кредиторам, страховщикам и инвесторам лучше разобраться в этом риске.
Стресс-тестирование на предмет изменения климата может улучшить восприятие финансовыми компаниями и надзорными органами размера их подверженности внешнему воздействию и сопутствующего физического риска. За последнее десятилетие в каждой пятой Программе оценки финансового сектора МВФ учитывались физические риски, связанные с климатическими катастрофами. Недавним примером служит опубликованная в прошлом году оценка по Багамским Островам.
Несомненно, наиболее эффективным средством будут решительные глобальные меры политики по сокращению выбросов парниковых газов, которые устраняют причину глобального потепления на устойчивой основе и приносят выгоды, касающиеся не только области финансовой стабильности.
*****
Феликс Сунтхайм — эксперт по финансовому сектору Отдела анализа глобальной финансовой стабильности в Департаменте денежно-кредитных систем и рынков капитала МВФ. Ранее он работал в экономическом департаменте Службы контроля за проведением финансовых операций Соединенного Королевства. Его исследования посвящены эмпирическим аспектам финансирования предприятий и финансовому посредничеству. Феликс имеет докторскую степень от Университета Боккони, Италия, и диплом по экономике от Боннского университета.
Жером Ванденбюш — старший экономист Департамента денежно-кредитных систем и рынков капитала МВФ. Он пришел на работу в МВФ в 2004 году, ранее занимал должности в различных департаментах МВФ, в том числе в последнее время был страновым экономистом по Германии в Европейском департаменте. Он получил степень доктора экономики в Гарвардском университете.

MIL OSI

Бесперебойное снабжение экономическими данными во время пандемии COVID-19

Source: IMF – News in Russian

(фото: Tony Studio/iStock by Getty Images)
Луи Марк Дюшарм, Джеймс Тебрейк и Зайджин Джан
27 мая 2020 г.
Точные и актуальные экономические данные имеют критически важное значение для принятия обоснованных решений по мерам политики, особенно в период кризиса. Однако из-за пандемии COVID-19 нарушился процесс подготовки многих ключевых статистических данных. Без надежных данных директивные органы не могут оценить, насколько сильный вред пандемия наносит людям и экономике, а также не могут должным образом отслеживать процесс восстановления.
Мы сотрудничаем со странами-членами МВФ и другими международными ведомствами для решения вопросов, связанных с перебоями в получении данных и обеспечением бесперебойного поступления экономических данных.
Три основных статистических задачи
Во-первых, в связи с самоизоляцией многие сотрудники национальных статистических служб сейчас работают из дома и часто имеют ограниченный доступ к инструментам и данным, необходимым для расчета и распространения экономических показателей. Например, для расчета розничных цен часто необходимо физически посетить магазины, но во многих странах это сейчас невозможно. Точно также затруднительно провести опрос компаний об их производственных и инвестиционных планах, поскольку многие временно приостановили работу или просто не располагают ресурсами, чтобы заполнять статистические опросники. Эти перебои означают, что данные по ценам и производству, которые критически важны для определения мер денежно-кредитной политики и бюджетного стимулирования, могут либо предоставляться с задержкой, либо их оценку придется производить на основании неполной информации.
Во-вторых, непоследовательные подходы к учету мер государственной поддержки населению и бизнесу могут усложнить оценку их влияния на государственные финансы. Не очень понятно, как лучше всего отражать некоторые из этих мер. Например, когда правительство оказывает финансовую поддержку компаниям, пострадавшим от COVID-19, оно осуществляет финансовые вложения или предоставляет субсидии на безвозвратной основе? В зависимости от ответа на этот вопрос директивные органы получат разную картину бюджетного дефицита и государственного долга.
В-третьих, для принятия наиболее информированных решений директивным органам необходимо получать данные об экономике в режиме реального времени. Многие традиционные источники официальной статистики, даже те, что выходят ежемесячно, предоставляют недостаточно актуальную для этого периода информацию. Официальные статистические данные необходимо дополнять высокочастотными альтернативными данными. Хотя важная роль альтернативных показателей была признана еще до пандемии , перебои в получении официальной статистики в связи с текущим кризисом сделали ее еще заметнее.
Решение вопросов с перебоями в получении данных
Указания в отношении того, как заполнить эти пробелы в данных во время пандемии могут быть полезны странам. В наших новых руководствах представлены рекомендации и передовая практика по обеспечению бесперебойного сбора статистических данных по ценам, росту и торговле.
К числу ключевых рекомендаций относятся следующие:
Расстановка приоритетов и акцентирование внимания на компонентах данных, которые имеют наибольшее влияние на критически важные статистические показатели.
Временная оценка или условный расчет значений недостающих компонентов данных с использованием альтернативных источников данных, исследований рынка и здравого смысла. Примеры включают в себя замену недостающих из-за закрытия магазинов данных о ценах информацией по ценам в онлайновых магазинах или данными, полученными с помощью краудсорсинга (обращения к интернет-сообществу за помощью в сборе данных) и замену очных опросов о перемещениях, которые сейчас невозможны ввиду социального дистанцирования, данными иммиграционного контроля.
Повышение прозрачности статистических процедур за счет надлежащего раскрытия информации о методах, используемых для оценки недостающих или расчетных данных, и заблаговременного уведомления пользователей о задержках в публикации ключевых статистических показателей.
Когда страны по всему миру сталкиваются с аналогичными проблемами нехватки данных во время кризиса, обмен информацией и опытом имеют критически важное значение для получения пользы от передовых практик. МВФ совместно с Евростатом, Организацией экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), Организацией Объединенных Наций и Всемирным банком поддерживает эти усилия с помощью видеоконференций и посвященного COVID-19 портала ОЭСР для составителей статистических отчетов. Эти усилия дополняют руководства МВФ по отражению основных типов государственных интервенций.
Сегодня, когда остро необходимы новые источники данных для поддержки мониторинга экономической активности в реальном времени, страны активизируют усилия по поиску более высокочастотной и подробной информации для более быстрого определения и оценки последствий вируса. Например, Соединенное Королевство начало выпуск еженедельных бюллетеней с новыми и экспериментальными показателями, включающими в себя индексы онлайновых цен и ежедневные данные о доставке, для оценки экономического влияния COVID-19 на инфляцию и торговлю. В ЮАР, используя онлайновые цены розничных магазинов, составили индекс потребительских цен товаров первой необходимости . МВФ использует эти и другие новые источники данных для анализа экономических и финансовых последствий COVID-19, в том числе, например, отслеживая активность в отдельных секторах и мобильность с использованием высокочастотных данных по энергопотреблению и информации о рейсах.
Серьезные перебои в получении данных вследствие пандемии COVID-19 требуют инновационных методов сбора данных и источников данных. Более точная и актуальная информация поможет странам продолжить принимать более эффективные меры по борьбе с кризисом и начать планировать восстановление экономики.
*****
Луи Марк Дюшарм был назначен на должность директора Статистического департамента МВФ 17 июня 2013 года. До прихода в МВФ он 30 лет проработал в Статистической службе Канады, где занимал различные должности в области экономической статистики. На своей прошлой работе в должности заместителя старшего статистика он отвечал за всю экономическую статистику. За период своей профессиональной деятельности он оказал широкую техническую помощь ряду стран в Латинской Америке. Он также преподает макроэкономику в магистратуре по направлению международные и общественные отношения в Оттавском университете.
Он имеет докторскую степень по экономике и научной политике Сассекского университета в Великобритании, а также степень магистра и бакалавра по экономике Монреальского университета в Канаде.
Зайджин Джан — заместитель начальника отдела в Департаменте статистики МВФ, где он работает над бюджетной статистикой и статистикой государственного сектора. С момента прихода в МВФ он активно работал над вопросами политики МВФ в области кредитования и надзора, а также над вопросами ряда стран с низкими доходами и стран с формирующимся рынком, включая Боснию и Герцеговину, Болгарию, Эфиопию, Гану и Южную Африку. В сферу его исследовательских интересов входят вопросы прозрачности бюджета и государственного долга.
Джеймс Тебрейк — заместитель директора и начальник Отдела статистики реального сектора в Департаменте статистики МВФ. Он пришел в МВФ в июле 2019 года. До прихода в МВФ Джеймс занимал должность заместителя старшего статистика в Департаменте экономической статистики Статистической службы Канады. Он обладает обширным опытом работы в области макроэкономической статистики, в частности в вопросах, связанных с системой национальных счетов и статистикой внешнего сектора. Джеймс имеет степень магистра по экономике Карлтонского университета и диплом выпускника Оттавского университета в области руководства и управления в государственном секторе.

Департамент общественных коммуникаций МВФ
ОТДЕЛ ПО СВЯЗЯМ С СМИ
СОТРУДНИК ПРЕСС-СЛУЖБЫ:
ТЕЛЕФОН:+1 202 623-7100АДРЕС ЭЛЕКТРОННОЙ ПОЧТЫ: MEDIA@IMF.org

MIL OSI

Пандемия COVID-19 усугубляет существующие факторы финансовой уязвимости

Source: IMF – News in Russian

Тобиас Адриан и Фабио Наталуччи
22 мая 2020 г.
(фото: spyarm/iStock by Getty Images)
Точно также, как COVID-19 тяжелее переносится людьми с предшествующими заболеваниями, спровоцированный эпидемией экономический кризис обнаруживает и усугубляет факторы финансовой уязвимости, которые сформировались за десятилетие экстремально низких ставок и волатильности.
Недавно опубликованные главы 2–4 Доклада по вопросам глобальной финансовой стабильности посвящены трем потенциальным слабым местам: рисковым сегментам глобальных кредитных рынков, странам с формирующимся рынком и банкам. Если происходящее сокращение экономики продлится дольше или окажется глубже, чем ожидается внастоящий момент, эти факторы уязвимости могут усилить вызванное им ужесточение финансовых условий, что приведет к еще большей нестабильности или даже финансовому кризису.
Рынки рискового корпоративного кредитования
Со времен мирового финансового кризиса быстро расширились рисковые сегменты кредитных рынков. Потенциальные факторы уязвимости включают всебя более слабое кредитное качество заемщиков, менее строгие стандарты кредитования, риски ликвидности инвестиционных фондов и возросшую взаимозависимость.
Если говорить о плюсах, то проведенный нами анализ показывает, что инвесторы стали реже использовать заемные средства для финансирования своих вложений на этих рынках, а риски банков, связанные с кредитами заемщикам с высоким уровнем задолженности и высокодоходными облигациями, не так высоки, как раньше. Оба этих фактора десять лет назад внесли свой вклад в развитие мирового финансового кризиса. Риски бегства инвесторов также уменьшились в некоторых сегментах ввиду преобладания долгосрочного блокированного капитала на рынках частных долговых обязательств и обеспеченных кредитных обязательств.
В крайне неблагоприятном сценарии общий уровень убытков банков на рынках рискового корпоративного кредитования должен быть управляемым, хотя убытки нескольких крупных банков могут быть существенными. Однако уровень убытков небанковских финансовых организаций может быть более значительным. Учитывая, что небанковские кредитные организации играют на этих рынках более заметную роль, это может негативно сказаться на предоставлении кредитов и привести к более продолжительной и сильной рецессии.
 
Директивные органы должны действовать решительно, чтобы ограничить последствия COVID-19 и поддержать приток кредита бизнесу. К концу марта цены на рынках рискового кредитования всего за пару месяцев упали примерно на две трети по сравнению с падением за все время мирового финансового кризиса (часть убытков позже была компенсирована). В то же время вероятно, что взаимозависимость на рынках рискового кредитования стала одной из причин нестабильности рыночных условий.  Широкий спрос на наличные деньги спровоцировал давление на продажи, и взаимные фонды испытали большие оттоки (хотя позже они снизились или изменили направление). Регуляторам необходимо стимулировать компании по управлению активами быть предусмотрительными и задействовать все доступные инструменты управления ликвидностью для решения проблемы этих рисков.
После окончания кризиса необходимо провести оценку источников сбоев на рынках и соответствующих факторов уязвимости, которые он обнаружил. Например, директивные органы должны изучить обоснованность включения небанковских организаций в периметр регулирования и надзора, учитывая их возросшую роль на рынках рискового кредитования. В частности, учитывая глобальный характер этих рынков, необходимо разработать основу маркопруденциального регулирования небанковских организаций, а также расширить макропруденциальный инструментарий.
Управление волатильными потоками портфельных инвестиций
С начала пандемии отток капитала из стран с формирующимся рынком составил свыше 100 млрд долларов США, почти в два раза больше (относительно ВВП), чем во время мирового финансового кризиса. Хотя с тех пор величина оттоков снизилась, этот резкий поворот подчеркивает трудности в управлении волатильными потоками портфельных инвестиций и риски, которые это может представлять для финансовой стабильности.
 
Продолжительный период низких процентных ставок способствовал тому, что и заемщики, и кредиторы стали принимать больше рисков. Возникший всплеск притоков портфельных инвестиций на рынки более рисковых активов способствовал накоплению задолженности и в некоторых случаях привел к завышению стоимости активов в странах с формирующимся и пограничным рынком. В результате после мирового финансового кризиса они стали более зависимы от потоков иностранных портфельных инвестиций.
Наш анализ предполагает, что потоки инвестиций как в облигации, так и вакции гораздо более чувствительны к мировым финансовым условиям впериоды экстремальных потоков, чем в обычные периоды, при этом значение внутренних основных экономических показателей (таких как экономический рост, внешние факторы уязвимости, глубина внутреннего финансового рынка и пр.) постепенно возрастает в случае потоков инвестиций в акции и облигации, деноминированные в национальной валюте. Более того, рост присутствия иностранных инвесторов на рынках облигаций внациональной валюте, которым не хватает достаточной емкости, может существенно повысить волатильность доходности облигаций.
Страны с формирующимся рынком должны регулировать внешнее давление засчет ослабления обменного курса. Если движения обменного курса станут беспорядочными, официальные органы должны рассмотреть возможность интервенций на валютных рынках. В случае значительных оттоков также могут понадобиться временные меры контроля за операциями с капиталом. Компании, управляющие суверенным долгом, должны подготовиться к долгосрочным перебоям в финансировании, задействовав планы действий на случай непредвиденных обстоятельств, чтобы справиться с проблемой ограничения доступа к внешнему финансированию.
Банковская деятельность: низкие ставки, низкая прибыль?
Со времен мирового финансового кризиса банки во многих странах с развитой экономикой испытывали постоянные проблемы с рентабельностью. Хотя очень мягкая денежно-кредитная политика имела ключевое значение для поддержания экономического роста в течение этого периода, обеспечивая поддержку прибыли банков, экстремально низкие процентные ставки также снизили чистую процентную маржу банков — разницу в доходах от процентов по активам и расходов от процентов по обязательствам. Наш анализ показывает, что кроме трудностей, непосредственно связанных со вспышкой COVID-19, дополнительное давление на рентабельность банков в ближайшие годы, возможно, окажет длительный период низких процентных ставок.
Здоровые банки играют ключевую роль в любой динамичной экономике и имеют чрезвычайно важное значение для финансовой стабильности. Будучи не в состоянии получать прибыль, банки с меньшей долей вероятности будут выдавать кредиты и оказывать другие финансовые услуги населению и бизнесу, лишая экономику столь необходимых кредитных средств. Имитационный эксперимент, проведенный для группы из девяти стран сразвитой экономикой, показывает, что в 2025 году большая доля их банков по величине активов может оказаться не в состоянии получать прибыль вразмерах, превышающих стоимость их основного капитала.
 
Вспышка COVID-19 служит дополнительной проверкой устойчивости банков. Как только проблемы, связанные с кризисом, пойдут на убыль, банки могут прибегнуть к повышению комиссионных доходов или сокращению издержек, чтобы снизить давление на прибыль, но полностью ослабить это давление может оказаться проблематично. При этом принятие чрезмерных рисков вцелях восстановления прибыли может стать началом будущих проблем. Поэтому критически важно, чтобы директивные органы быстро нашли баланс, который обеспечивает сохранение финансовой стабильности и устойчивости финансовых организаций, при этом поддерживая экономическую активность. Необходимо принять во внимание различные стратегии по сохранению и укреплению капитала, включая ограничения на выплату дивидендов и выкуп акций.
В ближайшие годы официальным органам придется взяться за решение «структурных» проблем банков. Например, официальные органы, отвечающие за финансовый сектор, должны учитывать возможное влияние низких процентных ставок при принятии решений и оценке рисков. Надзорное планирование капиталовложений и стресс-тестирование должно включать всебя сценарии более продолжительного сохранения низких ставок, а состоятельность бизнес-моделей в этих условиях требует оценки. Надзорные органы также должны сохранять бдительность и предотвращать любое накопление чрезмерных рисков, которое может снизить устойчивость банковского сектора.
*****
Тобиас Адриан — финансовый советник и директор Департамента денежно-кредитных систем и рынков капитала МВФ. В этом качестве он возглавляет работу МВФ в сфере надзора за финансовым сектором, денежно-кредитной и макропруденциальной политики, финансового регулирования, управления долгом и рынков капитала. Он также курирует деятельность в области развития потенциала в странах-членах МВФ. До начала работы в МВФ он занимал должность старшего вице-президента Федерального резервного банка Нью-Йорка и заместителя директора Группы исследований и статистики.
Г-н Эдриан преподавал в Принстонском университете и Нью-Йоркском университете и имеет множество публикаций в экономических и финансовых журналах, в том числе в American Economic Review, Journal of Finance, Journal of Financial Economics и Review of Financial Studies. Он имеет докторскую степень Массачусетского технологического института, магистерскую степень Лондонской школы экономики, диплом Университета Гёте во Франкфурте истепень бакалавра Университета Дофин в Париже. Он получил аттестат осреднем образовании по литературе и математике в школе Гумбольдта вБад‑Хомбурге.
Фабио М. Наталуччи — заместитель директора Департамента денежно-кредитных систем и рынков капитала. Он отвечает за Доклад по вопросам глобальной финансовой стабильности, в котором приводятся результаты проводимой МВФ оценки рисков для мировой финансовой стабильности. Доначала работы в МВФ Фабио занимал должность старшего помощника директора Отдела по валютным вопросам в Совете управляющих Федеральной резервной системы. С октября 2016 года по июнь 2017 года г‑н Наталуччи был заместителем помощника секретаря по международной финансовой стабильности и регулированию в Министерстве финансов США. Г‑н Наталуччи имеет докторскую степень по экономике Нью-Йоркского университета.

MIL OSI

Смягчение влияния глобальных финансовых шоков на экономику стран с формирующимся рынком

Source: IMF – News in Russian

(фото: ra2studio/iStock by Getty Images)
Дамиано Сандри
19 мая 2020 г.
Пандемия COVID-19 оказывает влияние на страны с формирующимся рынком через беспрецедентное сочетание внутренних и внешних шоков. Среди последних, пандемия привела к резкому росту неприятия риска в мире и внезапному сокращению потоков иностранного капитала. Исходя из прошлого опыта, такие глобальные финансовые шоки могут оказать существенное влияние на макроэкономические условия в странах с формирующимся рынком даже при гибком обменном курсе. Наше исследование, представленное в главе 3 последнего выпуска публикации «Перспективы развития мировой экономики», показывает, что страны с формирующимся рынком могут повысить устойчивость к глобальным финансовым шокам с помощью макропруденциального регулирования.
Повышение устойчивости с помощью макропруденциального регулирования
Макропруденциальное регулирование включает в себя широкий набор мер, направленных на поддержание финансовой стабильности. К ним могут относиться требования к капиталу для укрепления балансов банков, предельные величины отношения суммы кредита к стоимости обеспечения для ограничения уровня принятия риска и ограничения несоответствий по валютам. В этой главе мы задаемся вопросом, может ли ужесточение макропруденциального регулирования при укреплении финансовой стабильности также смягчить влияние глобальных финансовых шоков на экономическую активность в странах с формирующимся рынком.

Проведенный нами анализ предполагает, что может. При низком уровне макропруденциального регулирования рост неприятия риска в мире (опосредованно выраженного через индекс волатильности (VIX), рассчитываемый Чикагской биржей опционов) или отток иностранного капитала значительно снижает экономический рост в странах с формирующимся рынком. Например, резкий рост индекса VIX на 60 процентов — около половины наблюдаемого в первом квартале 2020 года вследствие пандемии COVID-19 — или отток капитала эквивалентный 2 процентам ВВП за квартал может привести к рецессии в типичной стране с формирующимся рынком.
Эти отрицательные воздействия оказываются менее выражены в странах с более жестким уровнем макропруденциального регулирования. Представляется, что при достаточно жестком уровне регулирования глобальные финансовые шоки не оказывают значительного влияния на рост ВВП в странах с формирующимся рынком.
Такое смягчающее влияние носит симметричный характер. То есть макропруденциальное регулирование снижает чувствительность внутренней экономической активности как к положительным, так и отрицательным глобальным финансовым шокам. Такие образом, ужесточение макропруденциального регулирования предотвращает более резкое замедление экономической активности при ужесточении мировых финансовых условий, но оно сопряжено с прекращением экономической активности при благоприятных мировых финансовых условиях. Это требует проведения дополнительных исследований относительно того, как со временем наилучшим образом скорректировать макропруденциальное регулирование в зависимости от развития событий как внутри страны, так и за рубежом.
Макропруденциальное регулирование для поддержки денежно‑кредитной политики
Мы также исследуем, влияет ли уровень макропруденциального регулирования на ответные меры денежно-кредитной политики на глобальные финансовые шоки. В ряде стран с формирующимся рынком центральные банки, как правило, повышают директивные ставки при ужесточении мировых финансовых условий, возможно, из-за опасений в отношении финансовой стабильности, которые возникают вследствие оттока капитала и ослабления обменного курса. В этих случаях денежно-кредитная политика, как представляется, дает проциклический ответ, вероятно, усугубляя влияние глобальных финансовых шоков на внутреннюю экономическую активность.

Проведенный нами анализ показывает, что макропруденциальное регулирование может играть важную роль в поддержке более контрциклических ответных мер денежно-кредитной политики. При низком уровне макропруденциального регулирования мы обнаруживаем, что центральные банки, как правило, повышают директивные ставки при ужесточении денежно-кредитной политики США или повышении индекса VIX. Напротив, если макропруденциальное регулирование ужесточается, таким образом смягчая опасения в отношении финансовой стабильности, ответные меры денежно-кредитной политики носят контрциклический характер. Когда ужесточается денежно-кредитная политика США и повышается индекс VIX, центральные банки, как правило, снижают директивные ставки, смягчая таким образом влияние на внутреннюю экономику.
Необходим дополнительный анализ
Есть важные оговорки в отношении этого анализа. Во-первых, доступные меры макропруденциального регулирования имеют ряд недостатков, например, оттого что они, как правило, не учитывают интенсивность изменений в регулировании. Поэтому при появлении усовершенствованных мер может потребоваться переоценка приведенных в главе эмпирических данных. Во‑вторых, будет важно проверить надежность данных с использованием эмпирической спецификации, которая допускает более глубокую взаимосвязь макропруденциального регулирования с другими инструментами политики, особенно мерами по управлению потоком капитала и валютной интервенцией.
По материалам публикации «Перспективы развития мировой экономики», глава 3 «Смягчение глобальных финансовых шоков в странах с формирующимся рынком : может ли помочь макропруденциальное регулирование?» Катарина Бергант, Франческо Григоли, Нильс-Якоб Хансен и Дамиано Сандри (руководитель)
*****
Дамиано Сандри — заместитель начальника Отдела международных экономических исследований Исследовательского департамента МВФ. Ранее он был старшим экономистом по Бразилии и участвовал в различных миссиях МВФ в европейские страны. Его исследования издавались в ведущих научных журналах и различных публикациях МВФ. Он является научным сотрудником Лондонского центра исследований экономической политики (CEPR) и заместителем редактора журнала «Экономический обзор МВФ». Он получил степень доктора экономики в Университете Джонса Хопкинса.

Департамент общественных коммуникаций МВФ
ОТДЕЛ ПО СВЯЗЯМ С СМИ
СОТРУДНИК ПРЕСС-СЛУЖБЫ:
ТЕЛЕФОН:+1 202 623-7100АДРЕС ЭЛЕКТРОННОЙ ПОЧТЫ: MEDIA@IMF.org

MIL OSI

Придание экономике большей устойчивости к спадам

Source: IMF – News in Russian

(Фото: ABA/Newscom)
Джон Блюдорн и Уенджи Чен
18 мая 2020 г.
Мир охвачен пандемией COVID-19, и ставшая ее следствием Великая самоизоляция погрузила многие страны в глубокую рецессию, более серьезную, чем во время мирового финансового кризиса 2008–2009 годов. В ответ на это правительства и центральные банки всего мира ввели мощные дискреционные налогово-бюджетные и денежно-кредитные меры (единовременного и конкретного характера), чтобы противодействовать негативным экономическим последствиям распространения коронавируса. Существующие автоматические стабилизаторы (такие как основанные на величине доходов налоги, пособия по безработице и пособия домашним хозяйствам), которые различаются между странами, в целом свободно выполняли свои функции и служили некоторым дополнительным амортизатором.
Возникает вопрос, что могут сделать страны с развитой экономикой, чтобы наилучшим образом подготовиться к будущим спадам и предпринимать в этих случаях ответные меры, учитывая рекордно низкий уровень процентных ставок и исключительно высокий по историческим меркам уровень государственного долга во многих странах? В недавнем выпуске «Перспектив развития мировой экономики» приводится анализ, подготовленный до пандемии, в котором рассматривается, как в этих условиях страны с развитой экономикой могут повысить свою устойчивость к негативным потрясениям. Сделано заключение, что в такой ситуации высокую эффективность в противодействии спаду могут иметь основанные на правилах бюджетные стимулы (когда меры стимулирования автоматически включаются при ухудшении макроэкономических показателей).
Повышение роли налогово-бюджетной политики
В условиях, когда в странах с развитой экономикой процентные ставки находятся на нулевом уровне или близки к нему, возможности дальнейшего традиционного снижения ставок являются ограниченными. Но центральные банки по-прежнему могут более активно использовать нетрадиционные инструменты денежно-кредитной политики, такие как крупномасштабные покупки активов, для предоставления дополнительной поддержки, как они делают в последнее время в ответ на пандемию. Однако использования одних только мер денежно-кредитной политики в ответ на потрясения может быть недостаточно, а также возникают вопросы относительно побочных эффектов для финансовой стабильности в будущем и угроз для независимости центральных банков.
Налогово-бюджетная политика должна играть более активную роль при одновременном отслеживании степени устойчивости долга в долгосрочной перспективе. Введение в действие в странах с развитой экономикой ответных мер налогово-бюджетной политики, которые будут иметь более автоматический характер, может способствовать повышению стойкости экономики этих стран к будущим неблагоприятным потрясениям. Если правила применения бюджетных стимулов надлежащим образом обнародованы и установлены до возникновения шоков, они могут способствовать формированию конкретных ожиданий и уменьшать неопределенность, тем самым смягчая падение активности при возникновении негативного шока.
Аргумент в пользу более автоматических мер бюджетного стимулирования
Наше исследование показывает, что основанные на правилах меры бюджетного стимулирования — такие как временные целевые денежные трансферты домашним хозяйствам, имеющим ограниченные ликвидные средства, которые начинают производиться при превышении уровнем безработицы определенного порога — могут иметь высокую эффективность в противодействии спаду, вызванному типичным дефицитом спроса. Хотя такие меры стимулирования имеют автоматический характер, они сильно отличаются от традиционных автоматических стабилизаторов, которые, напротив, действуют в ответ на изменения индивидуальных обстоятельств людей (например, увольнение в случае страхования от безработицы или снижение доходов в случае прогрессивных подоходных налогов). Основанный на правилах бюджетный стимул является особенно действенным инструментом в тех случаях, когда процентные ставки находятся на своей эффективной нижней границе (когда нет возможности их дальнейшего снижения), а дискреционные меры налогово-бюджетной политики действуют с большой задержкой. Кроме того, бюджетный стимул после шока спроса, как правило, оказывает особенно мощное воздействие, когда в экономике есть незадействованные ресурсы, а денежно-кредитная политика является адаптивной.
При внезапном падении спроса степень сокращения объема производства и повышения уровней долга оказываются меньше в тех случаях, когда для поддержки экономики применяется основанное на правилах бюджетное стимулирование. Более того, результаты нашего исследования свидетельствуют о том, что принятие основанных на правилах мер бюджетного стимулирования позволяет противодействовать экономическому спаду почти так же эффективно, как в ситуации, когда возможно полноценное функционирование денежно-кредитной политики.

Текущий экономический шок, вызванный пандемией, является необычным, поскольку он сказывается как на предложении, так и на спросе. И хотя произошло быстрое объединение политической воли к действию в ответ на это потрясение, беспрецедентная скорость его разворачивания и глубина затруднили разработку и своевременное применение дискреционных мер бюджетного стимулирования. Когда работники и компании не в состоянии работать в условиях активно идущей эпидемии, действенность бюджетного стимула в увеличении объема производства (мультипликатор) оказывается низкой. Тем не менее, даже в этих обстоятельствах основанный на правилах бюджетный стимул, введенный заранее, мог бы оказаться полезным, особенно в форме целевых трансфертов. Такие меры способны выполнять функцию дополнительного страхования дохода и подкреплять систему социальной защиты для уязвимых слоев населения.
Наши заключения указывают на то, что директивным органам следует рассмотреть вопрос об усилении автоматической ответной реакции налогово-бюджетной политики на негативные потрясения, что будет способствовать повышению стойкости экономики. Параллельно с этим, даже если нет возможности дальнейшего снижения процентных ставок, денежно-кредитная политика может поддерживать бюджетный стимул в ходе спада за счет сохранения своего адаптивного курса, в том числе смягчения условий на финансовом рынке.
Разработка и введение новых налогово-бюджетных инструментов, таких как основанные на правилах меры бюджетного стимулирования, и совершенствование существующих автоматических стабилизаторов потребует времени и согласия на политическом уровне. Но если предусмотрены автоматические меры для использования бюджетных стимулов, уменьшается риск того, что политические препятствия смогут замедлить проведение ответных мер при ухудшении ситуации. Кроме того, когда возникают ограничения для проведения мер денежно-кредитной политики, наличие основанных на правилах мер бюджетного стимулирования может заметно уменьшать вероятность спада, вызываемого спросом.

Это не означает, что дискреционная налогово-бюджетная политика становится излишней. На практике дискреционные меры налогово-бюджетной политики, надлежащим образом адаптированные к конкретным обстоятельствам и характеру негативного шока, такого как вызванное пандемией потрясение, имеют принципиально важное значение для оказания мощной антициклической поддержки экономики. Но они требуют своевременного принятия и применения.
Более оперативные ответные меры в случае будущих спадов
Принимая во внимание прошлый опыт, согласно которому для осуществления дискреционных мер бюджетного стимулирования характерны задержки, а также пользу формирования ожиданий за счет принятия заранее правил для осуществления последующих действий, есть веский аргумент в пользу придания более автоматического характера мерам налогово-бюджетной политики в ответ на экономические спады. Проведенный нами анализ показывает, что введение основанных на правилах мер бюджетного стимулирования может быть в высокой степени действенным и более своевременным решением, особенно в тех случаях, когда процентные ставки центрального банка близки к своей эффективной нижней границе или достигли ее и возможности денежно-кредитной политики являются ограниченными.
Основано на главе 2 Перспектив развития мировой экономики «Противодействие будущим спадам в странах с развитой экономикой: меры циклической политики в эпоху низких ставок и высокого долга», Михал Андрле, Филип Барретт, Джон Блюдорн (соруководитель), Франческа Казелли и Уенджи Чен (соруководитель).
*****
Джон Блюдорн — заместитель начальника отдела, занимающийся подготовкой доклада «Перспективы развития мировой экономики» в Исследовательском департаменте МВФ. Ранее он был старшим экономистом в Отделе структурных реформ Исследовательского департамента, членом группы МВФ по зоне евро в Европейском департаменте и работал в качестве экономиста над «Перспективами развития мировой экономики», приняв участие в составлении ряда глав. До поступления на работу в МВФ он был профессором Саутгемптонского университета в Соединенном Королевстве после окончания работы научным сотрудником с докторской степенью в Оксфордском университете. Г-н Блюдорн имеет публикации по целому кругу вопросов в сфере международных финансов, макроэкономики и развития. Он имеет степень доктора наук Университета Калифорнии в Беркли.
Уенджи Чен — экономист в Департаменте стран Африки МВФ, где она участвует в подготовке издания «Перспективы регионального экономического развития». До поступления на работу в МВФ она работала доцентом в Университете Джорджа Вашингтона, преподавая международные финансы и макроэкономику. В круг ее исследовательских интересов входят прямые иностранные инвестиции, отношения между Китаем и Африкой, глобальные цепи производства стоимости и прикладные эконометрические методы. Она получила степень доктора наук по экономике в Университете Мичигана.

Департамент общественных коммуникаций МВФ
ОТДЕЛ ПО СВЯЗЯМ С СМИ
СОТРУДНИК ПРЕСС-СЛУЖБЫ:
ТЕЛЕФОН:+1 202 623-7100АДРЕС ЭЛЕКТРОННОЙ ПОЧТЫ: MEDIA@IMF.org

MIL OSI

Выход из «Великой самоизоляции» в Азии и в Европе

Source: IMF – News in Russian

(Фото: Shepherd Zhou/FeatureChina/Newscom)
Авторы — Чан Ён Ри и Пол М. Томсен
12 мая 2020 г.
В ряде стран Азии и Европы, где эпидемия COVID-19, по-видимому, достигла пика, экономическая активность постепенно возобновляется. В отсутствии вакцины или действенного лечения разработчикам политики придется тщательно взвешивать выгоды в виде возобновления экономической активности и потенциальные издержки, связанные с повторным ростом числа заболевших. Они стоят перед непростым выбором, отчасти потому, что цена ошибки и в первом, и втором случае может быть очень высока.
Учитывая это обстоятельство, власти стран применяют постепенный и последовательный подход к возобновлению экономической деятельности, наряду с принятием дополнительных профилактических и сдерживающих мер. Несмотря на то что ряд стран Азии уже прошли этот путь, добившись некоторых успехов, риски сохраняются, при этом риски для Европы могут быть еще серьёзнее. Как выглядят стратегии выхода из карантина в разных странах Азии и Европы?
Азия стала первым регионом, пострадавшим от COVID-19. Пандемия быстро распространилась из Китая на другие страны региона, которым еще предстоит справиться с ней. На сегодняшний день число заболевших в Южной и Восточной Азии превысило 250 000 человек, скончались 9 700 человек, при этом на долю Индии, Индонезии, Китая, Сингапура, Южной Кореи и Японии приходится более 85 процентов всех заболевших.
После того как в конце января в Китае был введен карантин, а в Южной Корее были предприняты профилактические меры сдерживания, включая тестирование, отслеживание социальных контактов и режим изоляции, в феврале в этих двух странах был отмечен новый максимальный прирост числа зараженных — именно в это время началось стремительное наступление пандемии на Европу. В настоящее время в Европе зафиксировано 1,8 миллиона подтвержденных случаев заражения COVID‑19, что составляет почти половину от общемирового числа заражённых. Согласно имеющимся данным, жертвами пандемии стали почти 160 000 человек из 280 000 скончавшихся во всем мире.
Экономическое воздействие карантинных мер
В целях замедления распространения вируса большинство стран Европы и Азии приняли жесткие меры карантина, экономическое воздействие которых проявилось уже сейчас. Так, за I квартал 2020 года ВВП Китая сократился на 36,6 процента, тогда как в Южной Корее производство снизилось на 5,5 процента (все показатели приведены в годовом выражении с учётом сезонности). Такая разница в показателях связана с тем, что Китай первым столкнулся с пандемией и принял строгие меры карантина, тогда как в Южной Корее экономическая деятельность не прекращалась, и при этом использовалась более целенаправленная стратегия сдерживания распространения вируса (см. ниже).
Что касается Европы, то за I квартал года во Франции отмечено рекордное падение ВВП на 21,3 процента, в Испании — на 19,2 процента, а в Италии — на 17,5 процента (цифры также приведены в годовом выражении с учётом сезонности). Во II квартале показатели неминуемо ухудшатся. 

Как в Азии возобновляется экономическая активность
Поскольку сдерживающие меры помогли эффективно пресечь распространение эпидемии, в ряде стран Азии уже предпринимаются активные шаги по возобновлению экономической активности.
В Китае, согласно полученным сведениям, число новых случаев заражения стабилизировалось на весьма низком уровне. С середины февраля правительство постепенно и последовательно возобновляет экономическую деятельность. Приоритет отдан важнейшим секторам экономики, отдельным отраслям и группам населения на основе непрерывной оценки рисков. Между тем для отслеживания контактов также эффективно используются возможности цифровизации, больших данных и технологий.
Важно отметить, что эти усилия сопровождаются масштабным тестированием; так, в отдельных провинциях начался выборочный скрининг, проводится комплексное отслеживание контактов с помощью мобильных приложений для оперативного выявления лиц, контактировавших с вновь выявленными заболевшими. Такие меры дополняются действиями по ограничению перемещения и другими сдерживающими мерами в отношении инфицированных и контактировавших с ними лиц. Экономическая активность в Китае восстанавливается, и до настоящего времени вторая, изнурительная волна заражений пока не зафиксирована, однако по мере дальнейшей нормализации экономической деятельности ситуация может измениться.
Южная Корея также столкнулась с вирусом на раннем этапе глобальной пандемии, приняв оперативные и хорошо организованные меры по сдерживанию его распространения. Это стало возможным благодаря масштабному тестированию, обязательной изоляции выявленных больных и подверженных риску лиц, а также широкому использованию цифровых технологий и приемов для отслеживания контактов. Эти меры сопровождались закрытием школ и общественных мест, разработкой комплексных инструкций по социальному дистанцированию и карантинных мер в отношении лиц, находящихся в поездках.
Однако широких ограничений внутренней мобильности и деловой активности в Южной Корее не вводилось. В результате экономическая активность восстанавливается постепенно и более или менее автоматически по мере ослабления социального дистанцирования. Власти перешли к менее строгим рекомендациям по «ежедневному социальному дистанцированию», которые предписывают гражданам оставаться дома в случае плохого самочувствия, соблюдать личную дистанцию, регулярно мыть руки, носить маски и регулярно проветривать помещения.
Сингапур также добился успехов в сдерживании распространения вируса на раннем этапе, последовав стратегии, аналогичной Южной Корее. Однако в начале апреля сдерживающие меры пришлось ужесточить в ответ на новую вспышку.
Постепенное возобновление экономической активности в Европе
Несколько европейских стран объявили о планах по постепенному возобновлению экономической активности, а некоторые уже приступили к этому процессу. Сроки, последовательность и темп запланированных мер по выходу из карантина различаются в странах в зависимости от протекания эпидемии и от национальных предпочтений (см. ниже).
Так, например, в Дании и Норвегии начали с открытия начальных школ и предприятий услуг, тогда как в Испании сняты ограничения на работу промышленных и строительных предприятий, а также некоторых малых предприятий, в том числе розничной торговли, при условии соблюдения мер безопасности. В Германии отменены ограничения на работу розничных магазинов и постепенно открываются школы, при этом смягчение ограничений может смениться их повторным ужесточением в случае необходимости. В Италии вновь работают промышленные и строительные предприятия (при условии соблюдения строгих норм безопасности) и отдельные небольшие магазины. Во Франции начиная с 11 мая разрешено вновь открывать начальные школы, магазины и предприятия с учетом дифференцированного регионального подхода.
На фоне других стран Швеция отличается своим уникальным подходом и решением не вводить полного ограничения активности. Пока рано судить о том, окажется ли эта стратегия более действенной.
Все страны предполагают использовать меры в сфере здравоохранения и социальное дистанцирование, чтобы смягчить риск новой волны распространения вируса, однако такие меры различаются по видам и степени строгости.

Выход из карантина в Азии и в Европе: перспективы
Стратегии возобновления экономической активности различаются, однако Европа, по-видимому, приступила к этому процессу на более раннем этапе эпидемического цикла, чем Китай. Кроме того, возможностей для масштабного тестирования, отслеживания социальных контактов и изоляции больных в Европе меньше, чем в странах Азии, продемонстрировавших примеры передовой практики; отчасти это может объясняться наличием строгих правил в отношении защиты персональных данных. Например, Европейская комиссия рекомендует использовать мобильные приложения для отслеживания социальных контактов, но только на добровольной основе. Поэтому Европа выглядит более уязвимой по сравнению с некоторыми странами Азии, в том числе с Китаем, однако ни одна страна не может с уверенностью заявить о победе над вирусом.

В Европе, как и в Азии, карантин и другие ограничения тяжело сказались на экономическом и психологическом состоянии граждан, и их желание отменить эти меры и возобновить активность вполне понятны. Однако принятие поспешных действий до того, как будут приняты масштабные меры по оперативному выявлению и сдерживанию новых случаев заражения, может свести на нет успехи по борьбе с распространением COVID-19 и поставить под угрозу благополучие людей и экономики. Разрабатывая пути выхода из этого беспрецедентного карантина, экономики Азии и Европы должны действовать осторожно и не поддаваться искушению поспешно принимать масштабные меры, способные спровоцировать новую вспышку.
*****
Чан Ён Ри — директор Департамента стран Азиатско-Тихоокеанского региона МВФ. До работы в МВФ д-р Ри был старшим экономистом в Азиатском банке развития (АзБР). Он был главным спикером АзБР по тенденциям в сфере экономики и развития, а также курировал Департамент экономики и исследований. Д-р Ри был генеральным секретарем президентского комитета саммита Группы 20‑ти в Республике Корея. До назначения на должность в КФУ д-р Ри был профессором экономики в Сеульском национальном университете и доцентом в Университете Рочестера. Он также часто и активно выступал в роли советника по вопросам политики для правительства Кореи, в том числе канцелярии президента, Министерства финансов и экономики, Банка Кореи, Депозитария ценных бумаг Кореи и Института развития Кореи. Основные направления его исследовательской работы относятся к сфере макроэкономики, финансовой экономики и экономики Кореи. Он имеет множество публикаций в этих областях. Д‑р Ри получил докторскую степень по экономике в Гарвардском университете, а его степень бакалавра по экономике получена в Сеульском национальном университете.
Пол М. Томсен, гражданин Дании, с ноября 2014 года является директором Европейского департамента МВФ, где руководит работой Фонда по надзору на двусторонней основе по 44 странам, ведением диалога по вопросам экономической политики с организациями ЕС, включая ЕЦБ, и переговорами относительно программ, поддерживаемых Фондом. Г-н Томсен также отвечает за информационную работу Фонда в Европе и его взаимодействие с высшими должностными лицами Европы. До занятия нынешней должности он был основным ответственным за программы Фонда с европейскими странами, пострадавшими от мирового финансового кризиса и последующего кризиса в зоне евро. Ранее в свой профессиональной деятельности г‑н Томсен глубоко познакомился с вопросами стран Центральной и Восточной Европы, поскольку он занимался этим регионом в течение всего периода с 1987 по 2008 год, в том числе в качестве руководителя миссий по нескольким странам, начальника Отдела России в МВФ во время финансового кризиса в этой стране в 1998 году и главы московского представительства МВФ с 2001 по 2004 год.

Департамент общественных коммуникаций МВФ
ОТДЕЛ ПО СВЯЗЯМ С СМИ
СОТРУДНИК ПРЕСС-СЛУЖБЫ:
ТЕЛЕФОН:+1 202 623-7100АДРЕС ЭЛЕКТРОННОЙ ПОЧТЫ: MEDIA@IMF.org

MIL OSI

Как в результате пандемий бедное население становится еще беднее

Source: IMF – News in Russian

(Фото: UNPhoto/Martine Perret)
Авторы – Давиде Фурчери, Пракаш Лунгани и Джонатан Д. Остри
11 мая 2020 г.
По общему признанию, кризис COVID-19 — наиболее тяжелое экономическое потрясение после Великой депрессии. В январе МВФ прогнозировал, что рост доходов мировой экономики составит 3 процента; в настоящее время ожидается его падение на 3 процента; это намного хуже, чем в период Великой рецессии 2008-2009 годов. За этими неутешительными статистическими данными скрывается еще более тревожная перспектива: если прошлые пандемии могут служить уроком на будущее, то удар по уязвимым слоям населения будет во много крат сильнее. Так, согласно проведенному недавно опросу среди ведущих экономистов, подавляющее большинство полагает, что в результате пандемии COVID-19 неравенство усугубится — отчасти в силу его неравномерного воздействия на положение низкоквалифицированных работников.
Наши исследования подтверждают опасения по поводу негативного влияния пандемии на распределение доходов. Мы обнаружили, что в результате серьезных эпидемий в текущем столетии неравенство усилилось, пагубно отразившись на возможностях трудоустройства работников с уровнем образования не выше базового и почти не затронув работников с более высоким уровнем образования.

Мы проанализировали пять крупных эпидемий: SARS (2003 г.), H1N1 (2009 г.), MERS (2012 г.), Эбола (2014 г.) и Зика (2016 г.) и проследили за тем, как они повлияли на распределение доходов в течение пяти лет после каждой их них. В целом в результате этих вспышек коэффициент Джини — общепринятый критерий оценки неравенства — постепенно повышался. Наша оценка коэффициента Джини опирается на показатель чистого дохода, то есть рыночного дохода за вычетом налогов и трансфертов. Как показывают наши результаты, неравенство растет несмотря на усилия государств по перераспределению доходов от богатых в пользу бедных для смягчения эффекта пандемии. Через пять лет чистый показатель Джини вырос почти на 1,5 процента, что свидетельствует о серьезном воздействии, при том, что этот показатель меняется медленно с течением времени.
Такое долгосрочное воздействие пандемии объясняется потерей работы и другими потрясениями, оказывающими влияние на доходы (такими, как сокращение размера денежных переводов трудящихся), и снижением возможностей для трудоустройства. Согласно нашим выводам, пандемии по‑разному сказываются на уровне занятости среди работников с разным уровнем образования, который служит одним из показателей уровня квалификации. Контраст очевиден: среди общей численности населения работники с высоким уровнем образования практически не ощущают изменения возможностей трудоустройства, тогда как уровень занятости среди работников с уровнем образования не выше базового через пять лет стремительно падает более чем на 5 процентов.

Ответные меры экономической политики
Несмотря на то, что пандемия негативно сказывается практически на всех членах общества, при разработке государственной политики необходимо уделять особое внимание предотвращению долгосрочного ущерба (пагубного воздействия) на средства к существованию наименее обеспеченных слоев населения. Если не предпринимать энергичные и адресные меры, то рост неравенства, который, по словам директора-распорядителя МВФ, и без того представлял собой «наиболее сложную и трудноразрешимую проблему мировой экономики», будет усиливаться.
Что конкретно можно сделать? Для преодоления последствий пандемии такие меры, как предоставление больничных листов, пособий по безработице и медицинского страхования всем работникам, являются полезными, при этом они особенно актуальны для бедных слоев населения, у которых нет сбережений и которые едва сводят концы с концами. Такая «Новая экономическая политика» важна как в отраслях экономики, так и в регионах, где неформальная занятость и самозанятость широко распространены, а системы социальной защиты недостаточно развиты. Расширение систем социального содействия, внедрение новых трансфертов, усиление программ общественных работ, которые обеспечивают рабочие места и предоставляют возможности финансирования для поддержания занятости, наряду с прогрессивными налоговыми мерами (возможно, в виде налоговых надбавок в поддержку солидарности), — все это может стать частью мер экономической политики для смягчения разрушительного воздействия пандемии на доходы.
Разработчики экономической политики обязаны использовать возможность для коренных преобразований, с тем чтобы при возникновении новых неизбежных шоков, например, в результате изменения климата, в обществах уже были налажены механизмы распределения рисков и социального содействия, обеспечивающих более действенную, чем сейчас, защиту наиболее уязвимых слоев населения.
*****
Давиде Фурчери — заместитель начальника отдела Департамента исследований МВФ. Он имеет кандидатскую степень по экономике Университета Иллинойса. До работы в Фонде он занимал должность экономиста в Отделе налогово-бюджетной политики Европейского центрального банка и в Отделе макроэкономического анализа Экономического департамента ОЭСР. Он является автором многочисленных работ в ведущих научных и стратегических изданиях по широкому кругу тем в сфере макроэкономики, государственных финансов, международных макроэкономических отношений и структурных реформ.
Пракаш Лунгани — заместитель директора и старший управляющий по вопросам кадровой политики в Аппарате независимой оценки. Он является соавтором публикации «Confronting Inequality: How Societies Can Choose Inclusive Growth» (Columbia University Press, 2019). До этого он возглавлял отдел макроэкономики развития в Департаменте исследований МВФ и с 2011 по 2015 годы был сопредседателем Рабочей группы по вопросам занятости и роста. Он является внештатным преподавателем школы бизнеса Кэри Университета Джонса Хопкинса и старшим научным сотрудником Центра изучения государственной политики в Рабате, Марокко.
Джонатан Д. Остри — заместитель директора Департамента исследований в Международном Валютном Фонде и научный сотрудник Центра исследований экономической политики (CEPR). Среди занимаемых им в последнее время должностей — руководитель группы экспертов по проведению тестирования системы раннего реагирования в рамках Совета по финансовой стабильности МВФ по оценке глобальных системных макрофинансовых рисков; тестирование уязвимости в развитых странах и государствах с формирующимся рынком; многостороннее наблюдение за валютными курсами, в том числе работа Консультативной группы МВФ по валютным курсам, оценка внешнеторгового баланса; международная финансовая архитектура и реформа кредитного инструментария МВФ; управление счетом движения капитала (контроль за движением капитала и пруденциальные меры управления притоком капитала) и вопросы глобализации финансового рынка; устойчивость бюджета; связь между неравенством по доходам и экономическим ростом. В прошлом он руководил отделом МВФ, выпускающим ключевую публикацию на основе многостороннего анализа «Перспективы развития мировой экономики» и возглавлял группы экспертов, работающих в таких странах, как Австралия, Япония, Новая Зеландия и Сингапур. Г-н Остри — автор ряда книг по вопросам международной макроэкономической политики и многочисленных статей в научных журналах. Среди его последних книг — «Taming the Tide of Capital Flows» (MIT Press, 2017) и «Confronting Inequality» (Columbia University Press, 2018). Его работы широко цитируются в печатных и электронных средствах массовой информации, в том числе в BBC, The Economist, Financial Times, Wall Street Journal, New York Times, Washington Post, Business Week и National Public Radio. Его работу по вопросам неравенства и неустойчивого роста также цитировал в своём выступлении президент Барак Обама. Он получил степень бакалавра (с отличием) Университета Квинс (Канада) в 18 лет, после чего получил степень бакалавра и магистра Оксфордского университета (Баллиол‑колледж) и постдипломную степень Лондонской школы экономики (магистр наук, 1984 г.) и Университета Чикаго (кандидатская степень, 1988 г.). Он вошел в справочник «Who’s Who in Economics» (2003 г.).

Департамент общественных коммуникаций МВФ
ОТДЕЛ ПО СВЯЗЯМ С СМИ
СОТРУДНИК ПРЕСС-СЛУЖБЫ:
ТЕЛЕФОН:+1 202 623-7100АДРЕС ЭЛЕКТРОННОЙ ПОЧТЫ: MEDIA@IMF.org

MIL OSI