Französischer Außenminister zitiert Kurt Körber

MIL OSI – Source: Koerber Stiftung – Press Release/Statement

Headline: Französischer Außenminister zitiert Kurt Körber

Meldung vom Dienstag, 30. August 2016

Auf der Botschafterkonferenz in Berlin zitierte der französische Außenminister Jean-Marc Ayrault Kurt Körber. Es stärke Europa, »wenn nicht mehr übereinander geredet wird, sondern miteinander, wie es Kurt Körber so treffend formuliert hat.« Im Sinne des Mottos »Miteinander, nicht übereinander reden« ist es das Ziel der Körber-Stiftung, in ihren politischen Gesprächsforen möglichst alle relevanten Akteure an einen Tisch zu bringen. Mit dieser Zielsetzung führt etwa der Bergedorfer Gesprächskreis, einst durch Kurt Körber initiiert, in den mehr als 50 Jahren seines Bestehens, bis heute zahlreiche Begegnungen und Diskussionen für europäische Verständigung durch. Denn auch die Körber-Stiftung ist davon überzeugt, um mit den Worten Ayraults fortzufahren, dass heute die Welt und ihre Krisen ein engagiertes Europa brauche, das seine gesamte Energie nicht auf die Bewältigung interner Probleme verwendet. Die europäischen Bürger sehnten sich nach deutlichen Orientierungen für die Umsetzung der europäischen Idee, die für sie weiterhin von grundlegender Bedeutung sei.

Statement by Commissioner Vestager on state aid decision that Ireland's tax benefits for Apple were illegal

MIL OSI – Source: European Union – Press Release/Statement

Headline: Statement by Commissioner Vestager on state aid decision that Ireland's tax benefits for Apple were illegal

 *Check against delivery*
The European Commission has today adopted a decision that Apple’s tax benefits in Ireland are illegal.

Two tax rulings granted by Ireland have artificially reduced Apple’s tax burden for over two decades, in breach of EU state aid rules. Apple now has to repay the benefits worth up to €13 billion, plus interest.

This decision sends a clear message: Member States cannot give unfair tax benefits to selected companies. No matter if they are European or foreign, large or small, part of a group or not.

This has been long confirmed by the EU courts and the Commission’s case practice. EU state aid rules have been in force since 1958 and apply to all companies that choose to operate in the EU Single Market.

State aid rules ensure that companies can compete on equal terms, also as regards taxation in each Member State. And these rules protect European taxpayers.

Today’s decision concerns two companies in the Apple group – Apple Sales International and Apple Operations Europe. Both are incorporated in Ireland and have been set up by Apple to record profits there. Their ultimate parent is Apple Inc. in the US.

The first company, Apple Sales International, accounts for almost all of the unpaid taxes Ireland now needs to recover.

So, how does it fit into the Apple group?

Apple Sales International holds the right to use Apple’s intellectual property to sell and manufacture Apple products outside North and South America. In exchange of this right, it makes payments to Apple in the US to contribute to the development of this intellectual property – often more than 2 billion US dollars per year.

In practice, Apple Sales International buys Apple products from their manufacturers. It sells these products throughout Europe, as well as in the Middle East, Africa and India. And then records all sales in Ireland.

No matter if you buy your iPhone at the Apple Store in Berlin, Rome or elsewhere in these regions, contractually you buy it from Apple Sales International in Cork in Ireland. This is how Apple decided to set it up. It means that all profits coming from those sales are recorded in Ireland.

That arrangement, however, is not a matter for state aid rules and we did not look into it as part of our investigation.

Our state aid investigation focused on the allocation of the profits recorded in Ireland within Apple Sales International. We looked into two tax rulings issued by Ireland to Apple. The first in 1991, which was replaced in 2007 by a similar second ruling.

Both rulings endorsed an internal split of Apple Sales International’s profits for tax purposes – they allocated the profits between its Irish branch and the company’s head office. It is a “so-called” head office because it exists only on paper: it has no employees, no premises and no real activities.

The Irish branch was subject to the normal Irish corporation tax. However, the head office was neither subject to tax in Ireland nor anywhere else. This was possible under the Irish tax law, which until 2013 allowed for so called ‘Stateless companies’.

As a result of the allocation method endorsed in the tax rulings only a fraction of Apple Sales International’s profits were attributed to its Irish branch. The remaining, vast majority of profits was attributed to its “head office”.

This means Apple Sales International as a whole paid very little tax on its profits.

Let me illustrate this for one tax year: In 2011, Apple Sales International made profits of 16 billion euros. Less than 50 million euros were allocated to the Irish branch. All the rest was allocated to the “head office”, where they remained untaxed.

This means that Apple’s effective tax rate in 2011 was 0.05%. To put that in perspective, it means that for every million euros in profit, it paid just 500 euros in tax.

This effective tax rate dropped further to as little as 0.005% in 2014, which means less than 50 euros in tax for every million euro in profit.

Our decision concludes that splitting the profits did not have any factual or economic justification. As mentioned, the “head office” had no employees, no premises and no real activities. Only the Irish branch of Apple Sales International had any resources and facilities to sell Apple products.

But under the tax rulings it was the “head office” that was attributed almost all of the company’s profits – in fact, due to Apple’s set-up, it was attributed almost all of the profits Apple made from selling products throughout Europe, the Middle East, Africa and India.

The second company, Apple Operations Europe, makes certain Apple computers in Ireland. Under the same two tax rulings, the majority of its profits was also artificially allocated to a “head office” that only existed on paper, and whose profits were not taxed.
This selective tax treatment of Apple in Ireland is illegal under EU state aid rules. It gave Apple a significant benefit compared other businesses.
Tax rulings cannot endorse a method to calculate taxable profits of a business that fails to reflect economic reality.

So, what are the consequences of this decision for Ireland and for Apple?

To restore fair competition, Ireland must recover up to €13 billion euros in unpaid taxes from Apple, plus interest. This amount covers the period of 2003 until 2014. It starts ten years before we made our first inquiries to the Irish authorities in 2013. It is for the Irish tax authorities to now determine the exact amount and the modalities of payment. The recovery amount can for example be put in an escrow account, in case of an appeal before the EU courts.

Also, Apple would no longer be allowed to benefit from this tax treatment in Ireland. The two tax rulings under investigation were, in any event, terminated last year by the company. It is up to the Irish authorities to ensure that the company, under its new set up, pays taxes in line with the Irish tax law and EU State aid rules. 

Finally, it may be that not all the unpaid taxes are due in Ireland.

Apple Sales International is based in Ireland, where it records all profits on sales of Apple products throughout Europe, in the Middle East, Africa and India. As I have already mentioned, this recording of profits in itself is not a matter for state aid rules. It results from Apple’s choice of structure.

But, other countries, in the EU or elsewhere, can look at our investigation. If they conclude that Apple should have recorded its sales in those countries instead of Ireland, they could require Apple to pay more tax locally. That would reduce the amount to be paid back to Ireland.

The amount to be paid back to Ireland would also be reduced if the two companies were required to pay larger amounts of money to their US parent company to fund the research and development efforts, in addition to the annual payments they have made. As I mentioned, these are conducted by the US parent on behalf of Apple Sales International and Apple Operations Europe.

There are many good and transparent ways for EU countries to support and encourage investment – and many other good reasons to invest in Europe. For one, we have a Single Market with more than 500 million potential customers.

Today’s decision shows that we can act when a Member State gives illegal state aid to a company. This is a good thing since illegal state aid harms competition.

Looking ahead, the ultimate goal should of course be that all companies, big or small, pay tax where they generate their profits. Enforcement of EU state aid rules alone cannot achieve this – that’s why we need a change in corporate philosophies and the right legislation to address loopholes and ensure transparency.

On the international level, the G20 and the OECD have taken important steps towards this objective. Also in the EU, under the responsibility of my colleagues Valdis Dombrovskis and Pierre Moscovici, significant changes have already been proposed, decided and implemented – with more to come. This is real change for the better.

The Commission still has two in-depth state aid investigations under way – into the tax treatment of Amazon and McDonald’s in Luxembourg. And we are continuing our work on reviewing more than a thousand tax rulings from all EU countries that make active use of them.

So, we still have some work ahead of us – to ensure that companies compete on equal terms, and not at the expense of European taxpayers; citizens and other companies.

Press release – Turkey: handling of aftermath of coup attempt is a crucial test, say MEPs – Committee on Foreign Affairs

MIL OSI – Source: European Union – Press Release/Statement

Headline: Press release – Turkey: handling of aftermath of coup attempt is a crucial test, say MEPs – Committee on Foreign Affairs

The respect of human rights and the rule of law in Turkey in the aftermath of the failed coup attempt will be a crucial test for the state of the country’s democracy, said Foreign Affairs Committee MEPs on Tuesday. They assessed the results of last week’s fact-finding mission to Turkey by the committee chair and rapporteur and stressed the need for constant monitoring.
“Turkey has gone through a shock. There are indications that since 2013, the Gülen movement put into motion more than was realised. This is a group which over the decades has developed the style of a secret alliance,” said Foreign Affairs committee chair Elmar Brok (EPP, DE).
He confirmed that during the visit, the EP delegation condemned the coup attempt, but said that “even before the coup d’état in Turkey, developments as regards the freedom of opinion were not acceptable and took Turkey farther away from EU”.
Turkey rapporteur Kati Piri (S&D, NL) emphasised that the traumatic effect of the coup attempt on Turkish society should not be underestimated. She referred to the shelling of the Turkish parliament, the arrest of journalists and the killing of more than 200 civilians. But the aftermath of the coup attempt involved “the arrest of thousands of people […] who definitely were not involved in the coup”, she added. “The rule of law, including access to lawyers and fair trials, must be respected and this will be a crucial test for democracy in Turkey,” said Ms Piri.
Many MEPs agreed that the EU should monitor the rule of law and human rights situation in Turkey more closely, some asking for clearer evidence that the Gülen movement was behind the coup.
Even though some MEPs felt that “this” Turkey could not become a member of the EU, others suggested opening chapter 23 and 24 – dealing with justice, freedom and security – in order to facilitate dialogue with Turkey on democracy.
An important number of MEPs said that although they supported the EU-Turkey migration deal, the European Parliament could only give green light to the visa liberalisation, which is part of the deal, once all of the 72 benchmarks have been met.
Debate – first round of speakers (click on the names to watch the full statements by individual speakers)
Elmar BROK (EPP, DE), committee chair (part 1)
Elmar BROK (EPP, DE), committee chair (part 2)
Elmar Brok (EPP, DE), committee chair (part 3)
Kati PIRI (S&D, NL)
Cristian Dan PREDA (EPP, RO)
Richard Stuart HOWITT (S&D, UK)
Johannes Cornelis van BAALEN (ALDE, NL)
Ernest MARAGALL (Greens/EFA, ES)

Statement by Vice-President Ansip and Commissioner Oettinger welcoming guidelines on EU net neutrality rules by the Body of European Regulators for Electronic Communications (BEREC)

MIL OSI – Source: European Union – Press Release/Statement

Headline: Statement by Vice-President Ansip and Commissioner Oettinger welcoming guidelines on EU net neutrality rules by the Body of European Regulators for Electronic Communications (BEREC)

European Commission Vice-President Andrus Ansip, responsible for the Digital Single Market, and Commissioner Günther H. Oettinger, in charge of the Digital Economy and Society, welcome today’s publication of guidelines on EU net neutrality rules by the Body of European Regulators for Electronic Communications (BEREC). The publication of these guidelines was foreseen in the Regulation on the first EU-wide net neutrality rules which was agreed by the European Parliament and Council last year (press release) and which has applied in all EU Member States since 30 April 2016. The Commission has worked closely with BEREC on the preparation of the guidelines.
Vice-President Ansip and Commissioner Oettinger said:
“Today’s guidelines provide detailed guidance for the consistent application of our net neutrality rules by national regulators across the EU. They do not alter the content of the rules in place which guarantee the freedom of the internet by protecting the right of every European to access internet content, applications and services without unjustified interference or discrimination. Our rules, and today’s guidelines, avoid fragmentation in the single market, create legal certainty for businesses and make it easier for them to work across border. They also ensure that the internet remains an engine for innovation and that advanced technologies and Internet of Things services like connected vehicles as well as 5G applications are developed today, and will flourish in the future. We are pleased with the intensive engagement with stakeholders in the preparation of the guidelines, which contributed to their quality. The update of the EU telecoms regulatory framework and the action plan to develop 5G in the EU which will be presented in September are our next steps to deliver the first-class quality connectivity and networks which are essential for the Digital Single Market”.  
More information
Questions and answers on EU net neutrality rules

Volodymyr Groysman: Ukraine and Poland have a shared and happy future

MIL OSI – Source: Government of Ukraine – Press Release/Statement

Headline: Volodymyr Groysman: Ukraine and Poland have a shared and happy future

On Tuesday,
Prime Minister of Ukraine Volodymyr Groysman held a meeting with Ambassador Extraordinary and
Plenipotentiary of Poland to Ukraine Henryk Litvin in connection with completion of his diplomatic
mission in Ukraine. The parties discussed the topical issues of cooperation
between Ukraine and Poland and their future development.

The Prime
Minister stressed interstate relations between Ukraine and Poland have strategic

The Head of
Government commended Poland’s support for the necessary reforms, in particular the
decentralization of power. For its part Ukraine is ready to build friendly and
constructive relations with Poland, assured Volodymyr

are certain challenges that we must overcome, there are problems that we must solve,
but it is crucial to ensure that the questions and answers that we exchange
with each other make us closer, but not disunite. Because Poland and Ukraine
are very close and friendly states that have our common past, rather challenging
past, that have very good present and have to ensure a shared and friendly
future”, he said.

will spare no effort to keep our bilateral relations at high level. I believe
this is very important. We must overcome all the challenges we face. This is a
task for the Government I chair, and in general for all of us,” noted the
Prime Minister.

the Head of Government emphasized the importance of the participation of President
of Poland Andrzej Duda in
the celebrations devoted to the 25th anniversary of the Independence of

Ambassador Extraordinary
and Plenipotentiary of Poland to Ukraine thanked to Volodymyr
Groysman for cooperation. He also evaluated the endeavors
of the Government in the development of Polish-Ukrainian relations.

the beginning of work of your Government we noticed very rapid growth of
activity in the inter-ministerial direction, said Henryk
Litwin. The work of your Government demonstrates there
is a great interest in bilateral contacts, so, on our side,
there have also opened new opportunities. I believe that they will
develop successfully”.

Bundeskanzlerin Merkel gratuliert dem Ministerpräsidenten der Republik Tunesien, Youssef Chahed

MIL OSI – Source: Deutschland Bundesregierung – Press Release/Statement

Headline: Bundeskanzlerin Merkel gratuliert dem Ministerpräsidenten der Republik Tunesien, Youssef Chahed

Dienstag, 30. August 2016

Sehr geehrter Herr Ministerpräsident,

zu Ihrer Amtsübernahme als Ministerpräsident der Republik Tunesien übermittle ich Ihnen meine herzlichen Glückwünsche.

Für die Fortsetzung des demokratischen Wandels sowie die Anstrengungen für die Terrorabwehr, wirtschaftliche Reformen und den Umweltschutz wünsche ich Ihnen viel Kraft und Zuversicht.

Ich versichere Ihnen, dass Deutschland Ihnen und Ihrem Land weiterhin als verlässlicher Partner zur Seite stehen wird, und lade Sie herzlich zu einem Besuch nach Deutschland ein.

Mit freundlichen Grüßen

Angela MerkelBundeskanzlerin der Bundesrepublik Deutschland

Historikerverband zeichnet herausragende Schülerarbeiten aus

MIL OSI – Source: Koerber Stiftung – Press Release/Statement

Headline: Historikerverband zeichnet herausragende Schülerarbeiten aus

Meldung vom Dienstag, 30. August 2016

Seit 2010 vergibt der Verband der Historiker und Historikerinnen Deutschlands gemeinsam mit der Körber-Stiftung im Rahmen des Deutschen Historikertags einen Preis für herausragende Schülerarbeiten im Fach Geschichte. In diesem Jahr werden zwei Beiträge von Erstpreisträgern des Geschichtswettbewerbs des Bundespräsidenten 2014/15 ausgezeichnet: Finja Marie Haehser, Lauritz Hahn und Thomas Grabiak aus Nordrhein-Westfalen.
»Die Teilnahme am Wettbewerb war ein einzigartiges Erlebnis«, resümiert Lauritz Hahn. »Es ist nach wie vor das größte zusammenhängende wissenschaftliche Projekt, das ich gemacht habe.« Der Schüler nahm gemeinsam mit seinem Schulfreund Thomas Grabiak am Geschichtswettbewerb teil. Sie forschten zu einem Beerdigungskonflikt im 17. Jahrhundert, bei dem Münsteraner Protestanten aus einem Machtkampf heraus von der katholischen Obrigkeit zu Außenseitern gemacht wurden. Im Kampf um  die Vorherrschaft über die Stadt nutzte die bischöfliche Obrigkeit ihren Einfluss auf das städtische Begräbniswesen und verbot Protestanten, ihre Toten auf den Kirchhöfen Münsters zu begraben. »Rückblickend ist es natürlich immer leichter, die Entwicklungen solch komplexer Ereignisse zu beurteilen, aber die Handlungen vieler Akteure standen doch in klarem Widerspruch zu dem, was ich als moralische Grundlage unserer Gesellschaft und des Christentums erachte«, kommentiert Lauritz Hahn die Ergebnisse. »Es ist spannend zu sehen, wie sich damals die Leute aus Glaubensgründen gegenseitig ausgeschlossen haben«, fügt Thomas Grabiak hinzu.
Mit einem schwierigen Kapitel ihrer Familiengeschichte beschäftigte sich Finja Marie Haehser. Ihr Großvater wurde als uneheliches Kind eines verheirateten SS-Mannes geboren, der während seines Einsatzes im Konzentrationslager Mauthausen zwei Kinder mit Frauen aus der Nachbarschaft zeugte. Die Schülerin untersuchte die Lebenswege ihres Großvaters und seiner Halbschwester und stellte fest, dass beide in ihrem Umfeld konfrontiert waren mit Schweigen, Lügen und Verdrängen. »Wenn Menschen mir ihre Geschichten erzählt haben, die ich gar nicht kannte, die aber familiengeschichtlich gesehen ähnlich aufreibende Dinge erlebt hatten wie mein Großvater und seine Halbschwester, waren das für mich total motivierende Momente«, so die Elftklässlerin.
Für ihren Wettbewerbsbeitrag erhielten die drei Schüler einen ersten Bundespreis, der von Bundespräsident Joachim Gauck persönlich im Rahmen der Bundespreisverleihung in Schloss Bellevue überreicht wurde. »Das war das absolute Highlight. Ich konnte es bis zum Schluss gar nicht richtig fassen, dass ich dabei sein und das alles so erleben konnte. Es war schrecklich aufregend, aber auch total schön, denn es waren ja lauter Jugendliche da, die alle eine Erfahrung teilten: Sie hatten die Zeit des Wettbewerbs hinter sich, mit all den Erfahrungen, die dazugehören«, beschreibt Finja Marie Haehser. Von einer Kommission des Historikerverbandes sind die Preisträger für den Schülerpreis ausgewählt worden. »Gleich zwei Preise hatte ich nun ganz und gar nicht erwartet«, freut sich Lauritz Hahn.
Vergeben wird der Preis im Rahmen des 51. Deutschen Historikertags, der vom 20. bis zum 23. September 2016 an der Universität Hamburg unter dem Motto »Glaubensfragen« stattfindet. »Glaube ist ein Thema, das sich durch die gesamte Geschichte zieht und einen großen Einfluss auf sie hatte und auch immer noch hat. Sich damit auseinanderzusetzen und die Wirkung zu hinterfragen ist eine wichtige Aufgabe für Historiker«, meint Lauritz Hahn. Finja Marie Haehser schließt sich an: »Das Thema ›Glaubensfragen‹ ist gerade absolut allgegenwärtig. Es ist bestimmender Bestandteil in allen Medien, Nachrichten, politischen Themen und Debatten und natürlich sind sie ein wichtiger ›Knackpunkt‹ in Einwanderungsgesellschaften, in denen ja sehr verschiedene Glaubensvorstellungen aufeinander treffen.« Geehrt werden die drei Jugendlichen am 22. September bei der Festveranstaltung des Historikertags in der Hamburger Laeiszhalle.
Mehr zum Geschichtswettbewerb  Mehr zum 51. Deutschen Historikertag,

«США в определенный момент испугались распада СССР»

MIL OSI – Source: Global Affairs – Press Release/Statement

Headline: «США в определенный момент испугались распада СССР»

Внешняя политика президента СССР Михаила Горбачева, которая характеризуется улучшением отношений с США, до сих пор вызывает жаркие споры в российском обществе. На чем была основана эта политическая доктрина, «Газете.Ru» рассказал заместитель главы МИД СССР в годы президентства Горбачева Анатолий Адамишин. Недавно в печать вышла его книга «В разные годы: внешнеполитические очерки», посвященная тому времени.
— Как бы вы охарактеризовали внешнюю политику времен Горбачева?
— Кратко на этот вопрос не ответишь. Среди важных достижений горбачевской команды можно назвать следующее. Был положен конец идеологической конфронтации между Востоком и Западом, прекратилась сорокалетняя «холодная война» с США, была остановлена гонка вооружений, разорявшая страну. Отношения с Китаем были переведены из враждебных в нормальные, были восстановлены отношения с Израилем, Албанией, нормализованы отношения с Югославией. СССР открылся внешнему миру, а внешний мир — советским людям, и с изоляцией было покончено.
— Изменения начались с приходом в МИД Шеварднадзе, который не был кадровым дипломатом. Каков был характер этих изменений?

— Михаил Сергеевич (Горбачев. — «Газета.Ru») сделал правильный выбор, назначив Шеварднадзе, во многом своего единомышленника. Оба были убеждены, что внешнюю политику надо менять коренным образом.
Первое, что изменилось в МИД СССР, — появилась возможность высказываться, не особенно гадая, понравится ли это начальству. При позднем Громыко (глава советского МИДа с 1957 по 1985 год. — «Газета.Ru») это было практически исключено.
С новым министром языки развязались. В МИДе почувствовали свободу отстаивать свою точку зрения, предлагать варианты.
Заработала, наконец, коллегия МИДа. По идее, она была призвана выполнять ту же роль, что и совет директоров компании или корпорации. На практике, однако, наш совет директоров никогда ничего не решал. Однажды Громыко выразился так: «Мы проводим коллегию не для того, чтобы принять решения, они уже приняты и доведены до вашего сведения, но кое-какую новую информацию можем получить».
Шеварднадзе же выносил на коллегию крупные и актуальные вопросы, требовал, чтобы свое мнение высказал каждый член коллегии. Наиболее важные проблемы, как и прежде, докладывались в ЦК (Центральный комитет Компартии Советского Союза, высший партийный орган страны. — «Газета.Ru»), но после детального рассмотрения, часто с привлечением научных экспертов. Отмечу, что, выполняя директиву генсека ЦК, Шеварднадзе серьезно обновил руководящий состав МИДа.
Главное же — появилось ощущение, что мы делаем действительно нужное для страны дело, то, о чем мечталось годами: покончить с конфронтацией, распространившейся на полмира и подрывавшей силы СССР. Работали, не щадя себя.
Шеварднадзе засиживался допоздна, не давая себе передышки ни в субботу, ни в воскресенье.
— Шеварднадзе часто обвиняют в том, что он шел на много уступок Западу на переговорах. Насколько это было так?
— Шеварднадзе, могу говорить это с чистой совестью, честно отработал на перестройку. Уже после того, как он перестал быть министром, его обвиняли во всех смертных грехах: и то, что слишком много брал на себя, и что вывел наши войска из Восточной Европы в чистое поле, и на Дальнем Востоке отдал не ту часть моря, когда разграничивали с американцами экономические зоны.

Обвинения несправедливые. Они выдвигаются по большей части теми, кто просто не знает конкретной фактуры. Одно скажу с определенностью: решения были коллегиальными, с привлечением в каждом случае заинтересованных ведомств. МИД не принимал их в одиночку.
Часто другие ведомства на МИД списывали собственную недоработку. Что, Шеварднадзе должен был строить жилье для выводимых частей Советской армии? Соответствующие ведомства заблаговременно предупреждали, что надо быть готовыми к тому, что наши войска могут покинуть восточноевропейские страны.
Добавлю, Горбачев и во время событий, и уже спустя много лет отзывался о Шеварднадзе как о человеке, который действительно много сделал для капитального прорыва в наших отношениях и с Западом, и с Востоком.
— В Америке поначалу было большое недоверие к инициативам Горбачева. Казалось сначала, что Горбачев блефует. Американцы не ожидали такой открытости?
— Конечно, проблемы, накопившиеся за 40 лет «холодной войны», полное отсутствие доверия, взаимные обиды создали тяжелый шлейф для отношений. Горбачев решил вытащить центральное звено: отношения с США. Так же поступил в свое время Хрущев с его «оттепелью» и Брежнев с «разрядкой». И он, в конце концов, не сразу нашел в лице президента США Рональда Рейгана и госсекретаря Джорджа Шульца людей, с которыми можно разговаривать и с которыми удалось заключить полезные для страны соглашения.
А так как и при плохой, и при хорошей погоде США давали своим союзникам рекомендации — когда с СССР дружить, когда не дружить, — за американцами последовали и остальные.
Но в американском истеблишменте все время существовало и другое крыло. Был министр обороны Ричард Чейни, кто призывал не верить Горбачеву: «Это сейчас он сладко поет, на деле же только выигрывает время, чтобы преодолеть экономические трудности, а потом вновь начать конфронтацию». Несмотря на это, при Рейгане и Шульце наше сотрудничество с США шло от низшей точки по восходящей. При Джордже Буше-старшем, сменившем Рейгана, сотрудничество остановилось, а затем пошло вниз.
У Буша не было стратегического видения мира, он совершил ряд тяжелых геополитических ошибок. Рейган и Шульц были готовы к совместной с СССР борьбе с угрозами ХХI века, Буш — нет. Правда, для такого кондоминиума требовались бы усилия и с нашей стороны. Например, не разваливать Союз.
— Есть мнение, что мы делали слишком много уступок США и мало получали взамен.
— Когда я слышу такого рода утверждения, обычно отвечаю: назовите мне, какие жизненно важные для Союза уступки (сейчас говорят экзистенциальные) сделал Горбачев? И что считать уступкой?
Вот один пример. В свое время мы вооружили наши ВС несколькими сотнями ракет средней дальности «Пионер». Уже в перестройку Громыко задним числом назвал это грубой ошибкой в нашей европейской политике. До США они не доставали, но по Западной Европе били прямой наводкой. Представив дело так, что это просьба западноевропейцев, США разместили в ФРГ ракеты Pershing-11, которые в считаные минуты достигали Москвы. Рейган предложил знаменитый нулевой вариант: уберите все свои «Пионеры», и мы уберем наши.
Пришедший к власти Горбачев решил принять «рейгановский ноль». Тогда американцы стали предлагать оставить какое-то количество ракет, уж слишком большие преимущества они им давали. Мы не согласились. Кроме всего прочего, речь шла о первой физической ликвидации целого класса ядерных вооружений, причем такого, который давал преимущества больше американцам, чем нам. По договору мы должны были сократить вдвое больше ракет.
Это уступка? Если не знать подноготной — большая. И в ней долго обвиняли Горбачева. Но он, говоря фигурально, убрал ядерный пистолет от виска, исправляя грубую ошибку предыдущего политбюро СССР.
— Почему все-таки мы не получили письменных гарантий от США по поводу расширения НАТО?
— А как вы представляете себе такие гарантии? Договорное обязательство, что НАТО не примет больше в свой состав ни одного члена? Или что Польша, тогда еще член Варшавского договора, дает обязательство, что не будет проситься в НАТО? Мы вообще выступали против участия объединенной Германии в НАТО, как же в этом случае сходить на позицию условий будущего членства?
Несколько лет Запад продержался на позиции нерасширения блока НАТО. Затем ее поломал Клинтон, ему в преддверии выборов нужны были голоса выходцев из Восточной Европы. Он убедил западноевропейских союзников по НАТО. И тогда пошел в ход пропагандистский выверт: никаких обещаний вообще не давалось. Мол, это были высказывания в беседах, не зафиксированные де-юре.
Получается, США подтвердили российские подозрения: что бы они ни говорили, на веру не принимайте. То, что жульничество имело место, признают и некоторые западные аналитики.
Нападая на Горбачева и его команду, задают риторический вопрос: как вы могли поверить западникам? Во-первых, все же, как правило, деятели высокого ранга держали свое слово, сказанное в беседах. Во-вторых, нас заверяли, что называется, со всех сторон — не только госсекретарь США Джеймс Бейкер, но и глава МИД ФРГ Ганс Дитрих Геншер, и премьер-министр Великобритании Джон Мэйджор.
В-третьих, надо представить себе, какая была атмосфера того времени. Собирается в июле 1990 года Совет НАТО и принимает декларацию: Варшавский договор для нас не враг, мы заключаем с ним соглашение о ненападении, обещаем никогда не применять силу первыми и т.д. Сама мысль, что Варшавский договор исчезнет, а НАТО не только останется, но и пойдет дальше на Восток, казалась тогда абсурдной.
Они говорили потом, что давали свои обязательства Советскому Союзу. То есть когда СССР перестал существовать, то и обязательства уже не имели значение. Это лукавство.
Россия стала правопреемницей Советского Союза, сохранила место в Совете Безопасности ООН с правом вето. Все обязательства, которые были у СССР, она выполнила, включая выплату советских долгов.
Конечно, упразднение Советского Союза сильно повлияло на всю политику, но это не позволяет брать слова назад. Была, мягко скажем, неразбериха в собственных рядах. Не спишешь же со счетов фразу Ельцина, сказанную во время визита в Варшаву: если Польша вступит в НАТО, мы не будем считать для себя это угрозой.
— Объединение Западной и Восточной Германии — ГДР и ФРГ — оно все равно бы не произошло без нашего участия. Может быть, проблема в том, что объединение произошло слишком быстро?
— В общем-то, я не вижу, какие особые плюсы мог бы дать растянутый процесс объединения. Когда в Кремле поняли, что воссоединение Германии неизбежно, что ГДР нам не сохранить, ставка как раз была сделана на то, чтобы его замедлить, упорядочить, сделать менее болезненным.
Последнее удалось, остальное — нет. Беда в том, что СССР слишком долго держался за позицию «никакого объединения». Не исключаю, что можно было договориться с Гельмутом Колем (последний канцлер Западной и первый канцлер объединенной Германии. — «Газета.Ru») о промежуточных стадиях типа конфедерации ГДР и ФРГ.
Но свое слово сказали граждане ГДР. Сначала люди там выходили на демонстрации за демократию, а не за воссоединение. Но повторилась старая история: революционеры шли за народ, а народ пошел за другими, теми, кто обещал колбасу.
Демократизация — это надо объяснять. А колбаса — это реально. В ФРГ ее было больше.
Кроме того, режим гнил с головы. На первых же свободных выборах он рухнул. Когда люди поняли, что в них не будут стрелять, они вышли на улицу. Так было практически во всех странах, как мы их когда-то называли, «народной демократии». А в ГДР еще добавлялась мощная тяга к единству.
Мог ли Советский Союз остановить этот вал? Мог, но только силой.
К счастью, ни у кого в советском руководстве не возникла мысль бросить наших молодых солдат на местное население Германии.
Сложнейшую обстановку, когда людские массы шли впереди политиков, удалось разрядить мирными средствами. И при этом процесс воссоединения Германии завершился на вполне приемлемых для нас условиях: закреплены послевоенные границы, на Германию наложены серьезные ограничения. Была лимитирована численность войск. Германия до сих пор не может иметь ни атомное, ни химическое, ни бактериологическое оружие.
Популярно умозаключение: немцы могли дать больше. Это невозможно ни доказать, ни опровергнуть. Фактом остается то, что мы получили значительные суммы на пребывание наших войск до 1994 года — это три года после Горбачева — на строительство квартир для военнослужащих и кое-что еще. Самое же главное, что в памяти немцев осталось: зеленый свет на удовлетворение их чаяний дал Советский Союз, дал Горбачев.
Воссоединение прошло таким образом, что привело к историческому примирению между нами и немцами. Германия стала для нас привилегированным партнером. После Крыма это меняется. Тем не менее немцы все-таки в первых рядах тех, кто пытается уменьшить возникшее напряжение.
— Я хотел бы вас спросить по поводу Буша-старшего. В своей речи в Киеве он предупреждал об опасности «суицидального национализма». Можно ли говорить, что Буш был против развала СССР?
— Я думаю, за сохранение СССР в США никого не было. Однако в администрации в определенный момент испугались, что развал СССР приведет к тому, что ядерное оружие останется не в тех руках. Поэтому было два-три таких высказывания, которые потом выдавались за стремление сохранить Советский Союз. Затем, однако, Буш — еще до украинского референдума — заявил, что если в результате будет провозглашена независимость Украины, то США ее признают. Что американцы сразу же и сделали, соревнуясь с Ельциным, кто сделает это первым.
— А чем бы США не устроил демократический, так сказать, отчасти рыночный, не тоталитарный, дружественный Советский Союз?
— Позиция Буша в отношении СССР из разряда тех геополитических ошибок, которые я упомянул. Сначала его администрация поддержала не Горбачева с его реформаторством, а Ельцина с его разрушением, что способствовало гибели Союза.
Далее, преследуя свои избирательные цели, Буш выдвинул тезис: «Холодная война» не закончилась, «холодная война» была выиграна Соединенными Штатами». Отсюда наша страна — побежденная держава. В таком случае, какой это партнер?
И одна из самых неприятных ошибок американцев в том, что в этом контексте они рассматривали Украину как геополитический приз. Это один из истоков нынешнего кризиса. Но американцы вряд ли смогли бы чего-то добиться, если бы не ошибки Януковича, да и наши собственные.
Украиной надо было заниматься гораздо более основательно.
— Вы как-то сказали, что мы проиграли «холодную войну». В то же время президент СССР Михаил Горбачев говорил, что мы «вместе ее завершили». Какова ваша версия?
— Правильнее было бы сказать, что мы проиграли идеологическое и материальное соревнование между социализмом и капитализмом. Но, конечно, сама идея, что мы вместе покончим с «холодной войной», а затем вместе будем работать над совершенствованием мира, была правильной идеей. В нее верил Рейган, от нее отказался Буш.
— Сегодня Горбачев говорит и пишет о том, что США не сдержали своих обещаний.
— Мы видели, что Буш поступил в отношении Горбачева скверно. Но это ему не помогло. Выборы он проиграл Клинтону, не поняв, что американцев волнует не столько внешняя политика, сколько собственный кошелек.
Высмеивая претензии Буша-старшего на победу в «холодной войне», Клинтон сравнивал его с петухом, который думает, что рассвело, потому что он прокукарекал.
Беда в том, что при Буше американскую элиту охватила эйфория: все, история кончена, мы — хозяева над миром. Какое-то время им не была нужна не только Россия, но даже собственные союзники. Эйфория эта им дорого обошлась, ибо привела еще к двум геополитическим срывам: к войне в Ираке и в Афганистане. Обе их США проиграли.
Но и мы пострадали в том смысле, что американские действия вызывали у нас острое неприятие, которое мешало рассуждать и поступать выдержанно. В материальном плане мы мало что потеряли из-за вторжения в Ирак, ибо пошла вверх цена на нефть. В Афганистане американцы больше десяти лет сдерживали талибов, а они — серьезная угроза для России. Мы им в этом даже помогали.
Сейчас ситуация поменялась. Наши действия в Крыму и Донбассе США восприняли как вызов себе и ведут себя много жестче, чем раньше. Такая ситуация вряд ли изменится до выборов в США. После них предстоит искать возможности для постепенной нормализации отношений.
— У Горбачева была идея «общеевропейского дома». Насколько эта идея может быть жизнеспособной сейчас?
— Фактически это была идея безопасности в Европе, за которую бы отвечали все европейцы, в том числе наша страна. Работая послом в Италии, я это серьезно обсуждал в 1992 году с министром иностранных дел Джанни де Микелисом. Речь шла о формировании Совета безопасности для Европы. У Геншера была довольно цельная концепция общеевропейской безопасности, с которой перекликалась идея конфедерации Миттерана.
Поломали все это американцы, и совершенно сознательно. Это была та цена, которую они потребовали у Германии за воссоединение: она остается в НАТО, а сам Североатлантический альянс остается вместе с американскими войсками в Европе.
Стремление США к доминированию оказывает негативное влияние на обстановку во многих районах мира. Но это не означает, что ответ на такую политику только один: острием против острия. Это вроде законно и справедливо, но на практике часто ведет к тому, что теряешь больше.
— Недавно мы отмечали годовщину августовского путча против Горбачева. Как вы оцениваете его последствия?
— Согласно одному из недавних социологических опросов, более половины опрошенных заявило, что дела в стране пошли после этого в неправильном направлении. Да, путч имел разрушительные последствия, но нельзя говорить, что после путча СССР был обречен.
Вероятно, СССР как единое государство обречен не был. Огаревский вариант — то есть новый союзный договор — был одобрен десятью республиками, которые составляли 90% ресурсов и населения СССР. Шансы на сохранение Союза были. В Беловежской пуще самонадеянно посчитали, что СССР скончался, и выписали ему свидетельство о смерти.
Теперь никто не узнает, удалось бы завершить реформирование и сохранить единое государство. Наиболее вероятно, что да, в форме конфедерации, жесткой или мягкой. Тогда были бы сохранены многие полезные конструкции, которые в СНГ пошли на слом. Мы бы гораздо большего добились на международной арене.
— Чем для вас лично было крушение СССР?
— Чистой воды трагедия. Серьезные трудности, с которыми сталкивалась внешняя политика при Ельцине, в значительной степени были связаны с тем, что исчез такой генератор мощи, как Советский Союз. В те годы у нас появилась изжога на Запад и стало возможным культивировать представление, что всегда было с Западом плохо, всегда он нас гнобил, а Крым вкупе с Донбассом ни при чем.

«Газпром» и Edison обсудили вопросы организации южного маршрута поставок российского природного газа в Европу

MIL OSI – Source: Gazprom in Russian – Press Release/Statement

Headline: «Газпром» и Edison обсудили вопросы организации южного маршрута поставок российского природного газа в Европу

РЕЛИЗ «Газпром» и Edison обсудили вопросы организации южного маршрута поставок российского природного газа в Европу30 августа 2016, 17:30Сегодня в Милане состоялась рабочая встреча Председателя Правления ПАО «Газпром» Алексея Миллера и Исполнительного вице-президента EDF, Главного исполнительного директора Edison SpA Марка Бенайуна.
Основное внимание стороны уделили вопросам организации южного маршрута поставок российского природного газа в Европу по трассе проекта ITGI Poseidon в рамках выполнения Меморандума о взаимопонимании на фоне возобновления проекта «Турецкий поток». На встрече также шла речь о поставках газа компании Edison.

Итальянская компания Edison SpA входит в состав EDF и является ведущим оператором энергетического сектора Италии. В сферу деятельности Edison входят разведка, добыча и маркетинг углеводородов, а также производство и сбыт электроэнергии, включая разработки в области энергоэффективности.
24 февраля 2016 года ПАО «Газпром», Edison SpA и DEPA SA подписали «Меморандум о взаимопонимании в отношении поставок природного газа из России по дну Черного моря через третьи страны в Грецию и из Греции в Италию». Стороны намерены максимально использовать результаты работ, проведенных Edison и DEPA в рамках проекта ITGI Poseidon.

Все новости за август 2016 г.

Прокуратура Москвы принимает меры к устранению нарушений законодательства об исполнительном производстве

MIL OSI – Source: Russia – Prosecutor Generals Office –

Headline: Прокуратура Москвы принимает меры к устранению нарушений законодательства об исполнительном производстве

Прокуратура города Москвы на постоянной основе осуществляет надзор за соблюдением законодательства об исполнительном производстве.

Только в текущем году органами прокуратуры столицы пресечено 1015 нарушений закона в деятельности судебных приставов-исполнителей, принесено 611 протестов на незаконные нормативные акты. В суды направлено 47 исковых заявлений. Главному судебному приставу Москвы внесено 15 представлений, по результатам рассмотрения которых к дисциплинарной ответственности привлечено 11 лиц. По постановлениям прокуроров к административной ответственности за нарушение порядка рассмотрения обращений граждан привлечено 2 лица (ст. 5.59 КоАП РФ), возбуждено одно уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ (мошенничество).

Как показывают прокурорские проверки, в нарушение требований Федеральных законов «О судебных приставах» и «Об исполнительном производстве» должностными лицами ССП допускается волокита и длительное бездействие при принудительном исполнении судебных решений. В частности, не соблюдается срок возбуждения исполнительных производств, копии постановлений сторонам своевременно не направляются, денежные средства, поступившие на депозитный счет подразделения судебных приставов, взыскателю в срок не перечисляются.

Кроме того, исполнительные производства оканчиваются преждевременно и необоснованно, без принятия всего комплекса мер, направленных на розыск должника и его имущества, месячный срок привлечения оценщика со дня обнаружения имущества должника не соблюдается, постановления о передаче имущества должника на реализацию выносятся позднее 20 дней со дня вынесения постановления об оценке имущества должника.

Так, судебными приставами-исполнителями Черемушкинского ОСП УФССП России по Москве исполнительные действия по взысканию задолженности по страховым взносам и пени на сумму 112 тыс. рублей с одного из предприятий свелись к направлению запросов в регистрирующие органы и банковские организации. В течение года исполнительные действия судебные приставы-исполнители не совершали, выход по адресу нахождения организации на момент проверки не осуществлялся. Факты длительного бездействия выявлены в Тропарево-Никулинском, Мещанском и других отделах УФССП России по Москве.

Должностные лица Савеловского ОСП УФССП России по Москве при взыскании задолженности в 1 млн 120 тыс. рублей в пользу ООО «КБ «МежтранстБанк» в июле 2015 года составили акт описи и ареста имущества должника (автомобиля), однако в течение года оценщик для оценки арестованного имущества не привлечен, имущество должника не реализовано.

По-прежнему имеют место факты утраты исполнительных производств. К примеру, сотрудники Чертановского ОСП УФССП России по Москве утратили материалы 6 производств, меры по их восстановлению не приняли.

Никулинской межрайонной прокуратурой в ходе проверки выявлен факт мошенничества в Тропарево-Никулинском ОСП УФССП России по Москве. На исполнении в данном отделе находилось исполнительное производство о взыскании задолженности в пользу ОАО «Сбербанк России», обращении взыскания на транспортное средство должника. В ходе совершения исполнительных действий на автомобиль был наложен арест.

Вместе с тем установлено, что должностным лицом из числа сотрудников Тропарево-Никулинского ОСП УФССП России по Москве, имеющим доступ к материалам исполнительного производства, изъят акт приема-передачи должником транспортного средства на хранение в районный отдел судебных приставов, к материалам исполнительного производства приобщено заявление взыскателя об отзыве исполнительного документа без исполнения и постановление об окончании исполнительного производства, после чего транспортное средство похищено.

По материалам прокурорской проверки следственными органами возбуждено и расследуется уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ (мошенничество).

Работа на данном направлении надзорной деятельности продолжается.

© Multimedia Investments Ltd Terms of Use/Disclaimer.